Частная ПВО – это ещё и частная ответственность за результат? Часть вторая
Частная ПВО – это ещё и частная ответственность за результат? Часть вторая Первая часть тут. Продолжаем увлекательную юриспруденцию в сфере «удары дронов и ракет – проблемы бизнеса, пусть сам и отбивается». Получается конфликт требований. Охранник должен пресечь атаку, но обязан учитывать опасность для окружающих. Если он открывает огонь, возникают риски причинения вреда третьим лицам. Если не открывает — беспилотник может поразить предприятие. А впоследствии собственнику ещё могут предъявить претензии относительно недостаточной защищённости объекта. Ещё проблема — территориальные пределы частной обороны. Допустим, беспилотник приближается к предприятию со стороны жилого квартала. Вправе ли охрана поражать его над чужой территорией? Кто согласовывает её действия с военными и правоохранительными органами? Что произойдёт, если средства радиоэлектронного подавления нарушат работу гражданской связи, навигационного оборудования или заглушат связь других МОГов? Это я не говорю про причинение вреда гражданским... Воздушная оборона, вообще-то, не ограничивается забором предприятия. Поэтому её невозможно превратить в обычную охранную услугу без жёсткого разграничения полномочий, ответственности и порядка взаимодействия с государственными структурами. Четвёртая проблема — имущественное неравенство. Крупный НПЗ, например, способен профинансировать сложную систему обнаружения и противодействия БПЛА и ракетам. Но как быть с небольшим фермерским хозяйством, рынком, логистической компанией или автобусным перевозчиком? Можно возразить, что требования безопасности должны различаться в зависимости от категории объекта. И это справедливо. Но тогда государству необходимо юридически определить соответствующие критерии, перечни объектов, допустимые средства обороны и порядок финансирования. Иначе возникает система, при которой дополнительная защищённость от военной угрозы определяется платёжеспособностью собственника. Причём расходы бизнеса не исчезают бесследно. Статья 16 закона №256-ФЗ уже предусматривает финансирование мероприятий безопасности объектов ТЭК, в том числе через регулируемые тарифы в предусмотренных случаях. Расширение подобных обязательств будет означать дополнительные затраты, которые предприятия постараются перенести в стоимость своих товаров и услуг. То есть частная ПВО станет ещё одной статьёй расходов для конечного потребителя. Отмечу, что у идеи депутата Журавлева есть и светлая сторона. Всей Госдуме будет над чем работать. Законов и подзаконных актов придется принимать неимоверное количество. Ну, и подъем тарифов – дело, как известно, популярное и перспективное. Но наиболее опасная правовая беда заключается в другом: собственник объекта, подвергшегося военному нападению, рискует превратиться из потерпевшего в виновника произошедшего. После очередного удара по предприятию вместо вопроса об эффективности территориальной противовоздушной обороны можно будет задавать другой: почему руководство не установило дополнительные средства защиты? Не закупило оборудование? Не наняло охранников? Не организовало наблюдательные посты? Но и это не всё. Как быть с компенсацией ущерба? Статья 18 закона №35-ФЗ предусматривает государственные компенсационные выплаты пострадавшим от террористических актов в установленном порядке. Но не всякое попадание беспилотника автоматически квалифицируется как террористический акт. Для ущерба от боевых действий действуют иные механизмы, включая специальные решения о поддержке пострадавших. При этом государство не обязано автоматически возмещать любые последствия воздушной атаки. Например, статья 1069 ГК РФ связывает возмещение вреда за счёт казны с незаконными действиями или бездействием государственных органов при наличии предусмотренных законом оснований.