Дмитрий давно понял: в его доме живут трое — он, Ольга и Валентина Ивановна. Тёща была ...
Дмитрий давно понял: в его доме живут трое — он, Ольга и Валентина Ивановна. Тёща была везде: в их завтраке, в их разговорах, в их спальне, если ей казалось, что Дмитрий недостаточно заботливо поправил одеяло. Она «помогала» вести бюджет, «советовала», как воспитывать детей (которых не было), и «лечила» Ольгу от глупой любви к мужу. Дмитрий терпел, потому что любил жену, но внутри у него закипала обида. Однажды он решил сделать Ольге настоящий сюрприз — оплатил две недели на Мальдивах. Электронные билеты, отель с видом на океан, всё тайно. Он уже видел, как Ольга смеётся и бросает в воду цветы, как… Валентина Ивановна, конечно, пронюхала. Она всегда чуяла деньги. — Мальдивы? — она стояла на пороге кухни, поджав губы. — Оля, ты серьёзно? У твоей тёти Нины крыша течёт, надо срочно собрать на ремонт. А вы тут в песочке будете валяться? Ольга растерялась. Дмитрий сжал кулаки и попытался объяснить, что отпуск — это не каприз, а давно обещанное. Но тёща уже выхватила телефон и принялась названивать в турфирму, отменяя всё. Дмитрий попросил её не лезть. Валентина Ивановна побледнела (у неё это хорошо получалось), схватилась за сердце и рухнула на диван. — Скорая! — простонала она. — Ты меня до инфаркта довёл, негодяй. Немедленно встань на колени и попроси прощения, пока я не умерла! — Я вызову скорую, — спокойно сказал Дмитрий и набрал 03. Валентина Ивановна замерла. Ольга в ужасе смотрела на мать. Врачи приехали быстро. Дежурный терапевт — молодая женщина с усталыми глазами — измерила давление. — Давление идеальное, — сухо сказала она. — Пульс отличный. Зачем вы вызывали бригаду? Ложный вызов — это административка. Тёща вспыхнула, начала говорить, что её «довели», но врач лишь покачала головой: — Валентина Ивановна, если вы будете имитировать приступы, в следующий раз мы приедем не так быстро. Берегите здоровье — и чужое тоже. Когда врачи ушли, Ольга долго молчала. А потом посмотрела на мать другими глазами — не дочери, а взрослой женщины, которую обманули. — Мама, ты… ты всё это время? — голос Ольги дрожал. — Ты специально? — Дурочка, — фыркнула Валентина Ивановна. — Муж у тебя с характером, надо было его проучить. — Собирай вещи, — тихо сказала Ольга. — Что? — Ты живёшь с нами уже пять лет. Я люблю тебя, но так больше нельзя. Ты чуть не разрушила наш отпуск, ты манипулируешь, ты притворялась больной. Уезжай к тёте Нине. Или к себе. Я перезвоню завтра. Валентина Ивановна открыла рот, но не нашла слов. Она посмотрела на Дмитрия — тот стоял, скрестив руки, и не вмешивался. Это было её решение, Ольгино. Тёща уехала на такси, громко хлопнув дверью. В доме вдруг стало тихо. Дмитрий подошёл к жене, обнял её за плечи. — Прости, что не защищал тебя раньше, — прошептал он. — Ты и не должен был. Я сама должна была сделать это давно. Ольга заплакала ему в плечо, но это были слёзы облегчения. На следующий день они проверили почту — билеты оказались электронными, и бронь не пропала. Тёща не смогла ничего отменить, потому что не знала пароля от аккаунта. Через неделю Дмитрий и Ольга сидели на белом песке и смотрели на закат. Вдалеке кричали чайки. Дмитрий погладил жену по руке. — Свобода, — улыбнулся он. — Ага, — Ольга прижалась к нему. — А где мама? — У тёти Нины. Пишет, что крыша уже почти готова, но она останется там до следующего ремонта. Они рассмеялись. И впервые за много лет — легко, свободно, без оглядки на чужое мнение.