— С чего ты взяла, что не ждет? — глухо спросил он, сжимая зубы.
— С чего ты взяла, что не ждет? — глухо спросил он, сжимая зубы. — Ой, Кир, сними ты уже розовые очки! — Катя фыркнула, открыла сумочку и достала новенький смартфон. — Мне подружка, которая с ними на одном потоке учится, вчера свежие фотки прислала. На посмотри, как твоя Сонечка там «скучает». Она быстро полистала экран и сунула телефон прямо Кириллу под нос. На дисплее высветилось несколько ярких фотографий. Ничего откровенного или особенного в этих кадрах, в общем-то, не было. Обычные студенческие будни в Пекине. На одном снимке Соня стояла в тени цветущих деревьев старого парка, прижимая к груди учебники, и весело смеялась. Рядом с ней стоял Филипп — подтянутый, холеный парень в дорогой рубашке. На другой фотографии они сидели за столиком в уличном кафе, и Филипп по-хозяйски, непринужденно положил руку Соне на плечо, что-то объясняя ей по ходу разговора. Она не отстранялась. Наоборот, смотрела на него доверчиво и легко. Для Кирилла этот простой, дружеский жест стал настоящей красной тряпкой. В его ревнивом мужском мозгу, иссушенном целым годом глухого ожидания и разлуки, всё мгновенно перевернулось. Полгода злой тишины в сквере и её безответные звонки теперь виделись ему в совершенно ином, грязном свете. — Они же полтора года там вместе будут, Кир, — Катя подлила масла в огонь, сощурив накрашенные глаза и забирая телефон обратно. — Ты что же думаешь, они там в Китае просто так гуляют, за ручки держатся и иероглифы учат? В одном общежитии живут, в чужой стране, вдали от родителей. Филипп за ней, как за королевой ухаживает, отец ему туда кучу денег переводит. А Соня - девчонка видная, красивая. Ей этот твой рабочий комбинезон и заводские смены даром не нужны. У неё там совершенно другая жизнь, понимаешь? Смирись, ты уже. Кирилл молчал. Пальцы в карманах куртки сжались с такой силой, что ногти до боли вонзились в ладони. Внутри него клокотала злая, упрямая гордость. Полтора года чужого города, чужого парня рядом, у которого есть деньги, лоск и один круг с директорской дочкой. Ему вдруг стало невыносимо обидно за свое слепое, преданное ожидание. Хватит. В конце концов, на Соньке мир клином не сошелся. Почему он должен сидеть затворником в своей комнате, пока она там вовсю радуется жизни? — Знаешь, Кать, — Кирилл хмуро ухмыльнулся, расправляя широкие плечи и глядя на одноклассницу уже совершенно другим, твердым взглядом. — А ты права. Что за вечер-то у вас ? Где проходить будет? — В клубе на синей ветке, намечают в восемь вечера! Только дату надо будет уточнить, дай свой номер телефона — Катя от радости прыгала, не ожидая, что её слова так быстро подействуют на этого сильного парня. Они обменялись телефонами — Я позвоню. Приходи обязательно, Кир! Я тебя на входе встречу, со всеми нашими девчонками познакомлю. Ты у нас парень видный, спортсмен, они там все обалдеют! — Ладно. Приду, — коротко, обронил парень. — Жду звонка. Он развернулся и уверенным, размашистым шагом пошел к автобусной остановке. Обида внутри него никуда не делась, но теперь она трансформировалась в жесткое, чисто мужское желание доказать и самому себе, и Соне, что он не собирается быть жертвой в этой затянувшейся игре взрослых. Продолжение