от удивления, а на личике расплылась широкая улыбка:
от удивления, а на личике расплылась широкая улыбка: — Тимофей? Котолый фотоглафиловал? Помню! Он в Москве? — Да, маленькая моя, он в Москве, — Ольга ласково погладила её по щеке. — И он пригласил нас с тобой в следующее воскресенье в огромный-огромный зоопарк. Будем смотреть на белых медведей, кормить уток и гулять по красивым аллеям. Ты хочешь пойти? — Хочу! Хочу к медведям с Тимофеем! — восторженно захлопала в ладоши Даша и принялась весело кружиться по комнате. Из кухни вышла Антонина Ивановна, вытирая руки полотенцем, и, взглянув на преобразившееся, сияющее лицо Ольги, лишь понимающе, тепло улыбнулась уголками губ. Ледяной кокон ее любимицы окончательно треснул. Всю следующую неделю Даша только и жила этим грядущим воскресеньем. Каждый вечер она допрашивала маму и бабушку Тоню, какие звери живут в зоопарке, спят ли тигры ночью и возьмет ли Тимофей свой большой фотоаппарат. Ольга, укладывая дочку спать под тихий шелест осеннего ветра за окном, ловила себя на мысли, что и сама ждет этого выходного дня с замиранием сердца. Она аккуратно выбирала одежду, подолгу всматривалась в зеркало и впервые за три года чувствовала себя не строгим ведущим экономистом строительной компании, а просто молодой, желанной и счастливой женщиной, которая готова сделать шаг навстречу своей судьбе. Продолжение