Эпилог для мертвой. Мистический хоррор на реальных событиях
Эпилог для мертвой. Мистический хоррор на реальных событиях Снег в Москве тридцать лет назад был другим. Он хрустел под валенками, пах выхлопными газами «Жигулей» и мандариновой кожурой, выброшенной из окон панельных девятиэтажек. Мы были другими. Выпуск 1996 года, 11-й «Б». Двадцать восемь душ, спаянных общей ненавистью к тригонометрии и первой, горькой, как желудевый кофе, влюбленностью. Спустя тридцать лет, в декабре 2026 года, от нас осталось двенадцать. Мы держались за этот огрызок юности с отчаянным, почти суеверным упорством. Мир вокруг дробился, люди исчезали из жизни друг друга навсегда после смены работы или развода, а мы создали чат в мессенджере «Синапс» и назвали его «11Б_Бессмертные». Мы поздравляли друг друга с покупкой загородных домов, с назначением на должность замминистра, с третьим разводом. Мы слали друг другу стикеры с танцующими скелетами и эмодзи бокалов. Мы были живы, потому что нас помнили. Мою одноклассницу звали Илария. В школе — Ила. Имя, пахнущее старой бумагой и церковным ладаном, совершенно не вязалось с ее вечно сбитыми коленками и хулиганским блеском в глазах. После школы она стала судмедэкспертом. Работа с мертвыми телами, по ее словам, научила ее ценить живых. В ее жизни была трещина, разлом, прошедший по самой сердцевине. Девяносто восьмой год. Она возвращалась через пустырь за гаражами, когда из тени метнулась фигура. Маньяк, на счету которого было уже три жертвы. Ила выжила. Выжила, потому что в ее правой руке случайно оказался тяжелый стальной прут. Она сломала ему ключицу и выбила глаз, но он успел дважды ударить ее мачете по левому предплечью. Сухожилия сшивали восемь часов. Левая рука так и осталась полупарализованной, повиснув плетью — Ила могла держать ею чашку, но не могла нажать на спусковой крючок пистолета или набрать сложный текст на клавиатуре. Она справилась. Выучилась, сделала карьеру. Родила дочь, назвав ее редким, почти забытым именем — Феврония, Фея. О трагедии напоминала только эта мертвая левая рука и то, как Илария иногда замирала посреди разговора,…