Попутчик в поезде рассказал мне историю, в которую невозможно поверить
Попутчик в поезде рассказал мне историю, в которую невозможно поверить Случайный попутчик Поезд тронулся, когда я ещё не успел убрать телефон. На экране висело сообщение от сестры: «Папа спрашивал, приедешь ли ты сегодня. Я сказала, что не знаю». Я набрал: «Буду утром», — стёр. Написал: «Не знаю, как получится», — тоже стёр. В конце концов заблокировал экран и сунул телефон в карман. За окном вокзал медленно поплыл назад. Жёлтые фонари, мокрые рельсы, женщина с огромной клетчатой сумкой, которая махала кому-то вслед. Ещё минута — и всё это стало частью ночи. Я ехал к отцу. Точнее, в город, где он жил. А вот к нему самому ехать не собирался. Мы не разговаривали почти год. Сначала поссорились из-за пустяка — из-за того, что я не приехал на его день рождения. Потом наговорили друг другу всё, что копили с детства, хотя именно этого никто из нас, конечно, не признавал. После ссоры я отправил ему короткое сообщение. Он ответил: «Понял». Это слово было хуже любой ругани. Теперь папа лежал в больнице после инсульта. Сестра звонила дважды, я не ответил. Потом позвонил его сосед, рассказал, что отец иногда приходит в себя, но говорит с трудом. Я купил билет на поезд и всю дорогу до вокзала убеждал себя, что поступаю правильно. Только не мог решить, что именно считаю правильным: приехать или ещё раз отложить встречу. В купе я оказался один. Положил куртку на верхнюю полку, сел у окна и попытался уснуть. На станции за городом дверь открылась. Вошёл высокий пожилой мужчина в тёмном пальто и с небольшим кожаным портфелем. Он не спросил, свободно ли место, — просто остановился в проёме и посмотрел на нижнюю полку. — Вы не против? — Конечно. Он аккуратно положил портфель под столик и снял пальто. Был он лет семидесяти, худой, с длинными руками и удивительно спокойным лицом. Волосы совсем седые, а глаза — светлые, почти прозрачные. — До конечной? — спросил…