Дневник Берты Мейсон: настоящая история «сумасшедшей» жены
Дневник Берты Мейсон: настоящая история «сумасшедшей» жены 14 мая 1819 года. Спэниш-Таун, Ямайка. Солнце здесь такое густое, что его можно пить. Оно заливает террасу золотым сиропом, плавит воск свечей даже днем, заставляет кровь бежать по венам с пугающей, сладкой скоростью. Я сижу в тени огромных пальм, обмахиваясь веером, и смотрю на море. Оно синее, как сапфиры в ожерелье моей матери. Моей бедной, запертой матери. Мой брат Ричард сказал, что нашел мне мужа. Англичанина. Младшего сына из хорошей семьи, не унаследовавшего ничего, кроме фамильной гордости и пустых карманов. Его зовут Эдвард Фэйрфакс Рочестер. Он прибыл вчера. Бледный, как полотно, с глазами цвета грозового неба и плотно сжатыми губами. Он смотрел на наши цветущие сады, на ярких птиц, на рабов, рубящих тростник, с каким-то высокомерным отвращением, смешанным с голодом. Но когда он смотрел на меня... О, когда он смотрел на меня, я видела, как этот лед начинает таять. Ричард сказал ему, что за мной дают тридцать тысяч фунтов. Тридцать тысяч фунтов золотом. За эти деньги англичанин готов купить себе не только жену, но и кусок ямайского пекла. Я знаю, что красива. У меня густые, черные как смоль волосы, смуглая кожа и губы, созданные для поцелуев. Я креолка, дитя этого острова. Моя кровь кипит страстью, о которой чопорные английские леди в своих затянутых корсетах не смеют даже мечтать. Вечером, на приеме, Эдвард танцевал со мной. Его руки были холодными, но хватка — железной. — Вы похожи на экзотический цветок, Берта, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. Берта. Антуанетта Берта Мейсон. Я всегда ненавидела свое второе имя. Оно звучит тяжело, как падающий камень. Но на его губах оно прозвучало как приговор. Я очарую его. Я заставлю эту английскую ледяную статую пылать. Я стану для него всем. 2 сентября 1819 года. Медовый месяц. Мы женаты уже месяц, но мне кажется, что я провалилась в душный, липкий кошмар. Сначала всё было…