Одинокий путник попросился к нашему костру, мы поняли свою ошибку!
Одинокий путник попросился к нашему костру, мы поняли свою ошибку! Осенняя тайга не прощает беспечности. В конце октября, когда золотая листва уже давно сгнила под проливными дождями, а по ночам лужи стягивает хрупкая, стеклянная корка льда, лес превращается в глухую, враждебную стихию. Мы знали это. Мы были опытными туристами. Я, Антон, ходил в эти горы с десяток раз. Мой лучший друг Сергей, человек с комплекцией медведя и душой ребенка, знал каждый распадок в радиусе полусотни километров. С нами были Илья — худой, вечно тревожный, но незаменимый в ориентировании парень, и Оксана, невеста Сергея, врач скорой помощи, чье присутствие всегда придавало нам уверенности. Наш маршрут пролегал через Черный перевал — место глухое, непопулярное, но невероятно красивое своей суровой, хтонической красотой. Мы разбили лагерь на третий день пути, в глубокой котловине, защищенной от пронизывающего северного ветра стеной вековых кедров. Костер трещал, выстреливая в черное небо снопами оранжевых искр. На таганке булькал котелок с тушенкой и гречкой, распространяя умопомрачительный аромат. Сергей перебирал струны старой гитары, Оксана разливала по кружкам крепкий чай с чабрецом, а Илья задумчиво изучал экран GPS-навигатора. Было около одиннадцати вечера. Густая, непроглядная тьма стояла за границей светового круга от нашего костра сплошной стеной. Именно тогда мы услышали шаги. В лесу ночью звуки разносятся далеко, но эти шаги появились внезапно, словно человек не шел издалека, а просто материализовался из воздуха метрах в двадцати от нашего лагеря. Хруст сухой ветки. Шуршание хвои. Сергей мгновенно накрыл струны ладонью. Музыка оборвалась. Мы замерли, инстинктивно придвинувшись ближе к огню. В тайге на сотни километров вокруг не должно было быть ни души. Сезон закрыт, маршрут сложный, а до ближайшего жилья — три дня пути буреломами. — Кто там? — громко, стараясь придать голосу уверенности, крикнул я, нащупывая рукоять тяжелого охотничьего ножа на поясе. Из темноты донесся хриплый, надтреснутый голос. — Свои... Путник. Замерз совсем. Пустите к огню, мужики? Кусты раздвинулись, и в круг света шагнул человек.…