Франция, Версаль. Глава 1: «Та, что умеет молчать»
Франция, Версаль. Глава 1: «Та, что умеет молчать» Карета остановилась с резким стуком — будто кто-то хлопнул тяжёлой дверью прямо у Мадлен над ухом. Она прижала ладонь к груди, чтобы унять дрожь, и выглянула в окно: перед ней высилась стена из камня и золота — Версаль. Даже воздух здесь казался чужим: густым, пахнущим воском, сыростью и дорогими духами, от которых щипало в носу. — Не стой столбом, — буркнул кучер, спрыгивая с козёл. — Здесь не любят тех, кто пялится. Мадлен сжала пальцами край плаща. Ещё вчера она была просто дочерью разорившегося провинциального дворянина, которой «повезло» попасть на заметку мадам де Лаваль. А сегодня она стояла у порога мира, где каждый взгляд стоил дороже монеты, а каждое слово могло стать приговором. Она шагнула на мостовую, и холод тут же пробрался сквозь тонкую подошву башмаков. Камень был ледяным, будто сам дворец предупреждал: «Ты здесь чужая». Вокруг сновали слуги, лакеи, посыльные — все куда-то спешили, не глядя на неё. И в этом равнодушии было страшнее любой угрозы. В вестибюле пахло полированным деревом и лавандой, которой пытались заглушить запах сырости. Мадлен шла за горничной, стараясь не смотреть по сторонам, но глаза сами цеплялись за детали: позолоченные рамы, мраморные статуи, тяжёлые бархатные портьеры, за которыми, казалось, кто-то прятался и наблюдал. — Стой здесь, — бросила горничная у высокой резной двери. — И не шевелись, пока не позовут. Дверь распахнулась, и Мадлен увидела её — мадам де Лаваль. Дама сидела у окна, свет падал на её седые волосы, туго стянутые в узел, и на тонкие пальцы, нервно теребившие край перчатки. — А, вот и ты, — голос мадам был спокойным, но в нём звенела сталь. — Ты знаешь, зачем тебя взяли? Мадлен склонилась в поклоне, как её учили. — Чтобы служить вам, мадам. — Служить — это значит быть тише тени, — мадам даже не взглянула на неё, будто говорила с креслом. —…