Бухгалтер в бегах: почему казначей мафии решился выдать секретные счета Лас-Вегаса
Бухгалтер в бегах: почему казначей мафии решился выдать секретные счета Лас-Вегаса Бухгалтер в бегах В Лас-Вегасе ночь никогда не наступала по-настоящему. Она просто меняла цвет: дневная пыль становилась золотой, золотая — розовой, а розовая растворялась в неоновых вывесках. За окнами гостиницы «Палм-Вью» даже в три часа утра было светло, будто город отказывался признавать, что у всего есть конец. Виктор Савельев сидел на краю кровати в номере без вида и слушал, как за стеной смеются незнакомые люди. На столе перед ним лежал конверт. Внутри — распечатка старой фотографии: Виктор выходил из здания суда двадцать лет назад, молодой, чисто выбритый, в дешёвом костюме. Рядом шёл Сальваторе Веккари, которому тогда ещё разрешали улыбаться на камеру. На обороте фотографии чужим почерком было выведено: ТЫ ЗНАЕШЬ, КАК ВСЁ ВЫГЛЯДИТ СО СТОРОНЫ.НЕ ЗАСТАВЛЯЙ НАС ОБЪЯСНЯТЬ. Под конвертом лежал телефон, выключенный ещё вечером. Виктор раз за разом смотрел на него, хотя знал: звонок от федеральных агентов уже не поступит. Их встреча была отменена. Или сорвана. Или они просто передумали, решив, что от старого бухгалтера пользы меньше, чем опасности. Он вспомнил голос Сальваторе, спокойный и почти ласковый: — Ты ведь понимаешь, Витя, что бухгалтер не должен оставлять после себя путаницу. Именно тогда Виктор впервые подумал, что прожил жизнь, которую можно сверить до цента, но нельзя оправдать ни одним итогом. Он взял телефон и набрал номер, который запомнил наизусть. На третьем гудке ответила женщина. — Агент Ортис. — Это Савельев. На том конце повисла пауза. — Вы где? — Не там, где вы меня ждёте. — Вы один? — Сейчас — да. — Тогда оставайтесь на месте. Никуда не выходите. Я пришлю людей. Виктор посмотрел на конверт. — Поздно. Они уже знают, где я был. — Кто? — Веккари. — Вы сказали, что у вас нет доказательств, что он вас ищет. — Я ошибся. — Виктор, слушайте меня. Не пытайтесь— Он положил трубку. Потом поднялся, положил в карман ключ от…