ак вдруг на дороге показалась баба Паня, направляющаяся в соседнее село к утренней службе.
ак вдруг на дороге показалась баба Паня, направляющаяся в соседнее село к утренней службе. Поравнявшись с козлом, баба Паня словно вдруг только что опомнившись, удивлённо поглядела по сторонам, и спросила: - А чавой это происходить-то? Народ загалдел, указывая на виновника побоища – чёрного, косматого козла, гордо стоявшего посреди улицы, и победно глядящего на покорённый им народ. Баба Паня хмыкнула, подошла к козлу. Бабы вздрогнули, закричали ей вослед, чтоб не шла близко, зажмурились. Но та лишь рукой махнула. Подойдя к козлу, она обошла его кругом, оглядела со всех сторон, снова хмыкнула, покачала головой и произнесла: - Это ж откудоть ты взялся-то такой? Чего озорничаешь, народ пугаешь, а? - Антихристь. Козёл вдруг встрепенулся, покосился на бабу Паню жёлтым глазом, опустил виновато рога и затих. Народ ахнул. Баба Паня постояла, посмотрела на виновника побоища и вновь произнесла: - Ну, как есть, чистой Антихристь. И развернувшись, пошла себе дальше по своим делам. Козёл, постояв с минуту, вдруг сорвался с места и засеменил вслед за бабкой. Так и стоял народ молча, пока эти двое не скрылись за пригорком. На пол дороге баба Паня, заслышав позади какой-то цокот, обернулась. - Бат-тюшки мои! – всплеснула она руками, - А ты чаво это тут делаешь? Али за мной увязался? А ну, иди, иди прочь. Я в храм иду. Неча тебе тама делать. Козёл, опустив очи долу, притворился глухим и продолжил следовать за сердобольной старушкой. Так они и добрались до соседнего села, в котором располагался храм. Пока шла служба, козёл смиренно возлежал в тенёчке на травке, а едва на крылечке показалась знакомая полосатая юбка, тут же поднялся и поспешил навстречу, радостно мекая, что впрочем, больше похоже было на рык льва. Тут же на ум бабы Пани пришли слова из Откровения «И пятый Ангел вострубил, и я увидел зведу, падшую с неба на землю, и дан был ей ключ от кладязя бездны.» - Истинно так, - перекрестилась старушка, - Ты небось оттудось и явился, из энтой самой бездны, не иначе? - Ну, куда тебя девать? Идём уж домой что ли? Так и повелось с того дня. С лёгкой бабпаниной руки козла прозвали Антихристом и даже зауважали, когда он спас двухлетнего Ваньку от взбесившегося пса Барона, когда тот чуть было не з а г рыз ребёнка. Пока подоспели взрослые, Антихрист уже придавил того рогами к стенке сараюшки. Частенько можно было увидеть теперь две фигурки, бредущие по деревне то к магазину, то к колодцу, то на почту. Одна маленькая - бабпанина, другая могучая и косматая – антихристова. - Он только с виду такой страшнОй, - говорила баба Паня подружкам на вечерних посиделках, - А душою чист, как дитя. Озорничать только любит. Зря я его Антихристом обозвала, грешная. Но кличку уже было не отменить, она приросла к козлу так же крепко, как и его рога. В его оправдание надо было сказать, что хулиганил теперь козёл редко, больше так, для баловства, чтобы к р о в ь разогнать, так сказать. Ходил Антихрист за доброй старушкой по пятам и любил её всем своим большим козлиным сердцем. Сопровождал её в соседнее село на службу, и пока баба Паня была в храме, ждал покорно во дворе. Он уже выучил, казалось, весь ход Литургии. Заслышав, несущееся из-за дверей «Иже херувимы» козёл встрепенувшись, подскакивал и, не мигая, глядел на крыльцо, зная, что скоро его хозяйка покажется на крыльце. *** В ту зимнюю ночь морозы стукнули такие, что дыхание замерзало в воздухе и падало сосулькой на землю. Баба Паня, пожалев животинку – тоже, чай, живая душа, Божья тварь – завела его из сараюшки в избу. Потушила свет и легла спать. В темноте звякнуло тихо стекло в окне, посыпались на пол осколки. Баба Паня, приподнявшись на локте, вгляделась во тьму подслеповатыми глазами и спросила испуганно: - Хто тама? - Кто надо, - послышалось грубо в ответ, и бабу Паню кто-то невидимый крепко ухватил за руку и зажал большой вонючей ладонью рот, та и вскрикнуть не успела. Подельник его уже направился, было, к иконостасу в углу горницы, где и стояли те самые старинные, дорогие иконы, на которые грабители