ЧЕМ РОДОВОЙ ПОМОЩНИК ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ ПОДСЕЛЕНЦА
ЧЕМ РОДОВОЙ ПОМОЩНИК ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ ПОДСЕЛЕНЦА Эти две силы часто путают. Особенно когда человек видит повторяющиеся сны, чувствует рядом присутствие, получает предупреждения или замечает, что некоторые его слова начинают сбываться. Но способность сущности давать информацию ещё не делает её родовым помощником. Подселенец тоже может показывать будущее, отводить мелкие неприятности и создавать ощущение защиты. Делает он это для того, чтобы человек признал его своим и добровольно открыл постоянный доступ. РОДОВОЙ ПОМОЩНИК Родовой помощник связан не только с самим человеком, но и с его кровной линией. Он существовал до рождения нынешнего носителя и мог сопровождать одного из предков. Таким помощником бывает умерший родственник, практиковавший при жизни, дух, связанный с договором предка, или сила, которая долгое время охраняла определённую ветвь рода. Помощник может проявиться после смерти старшего родственника, после посвящения, тяжёлой чистки или в тот момент, когда человек начинает заниматься той же практикой, которой владели его предки. Главное отличие заключается в происхождении. Родовой помощник приходит по уже существующему каналу. Подселенец обычно присоединяется к конкретному человеку после определённого события. ПОДСЕЛЕНЕЦ В оккультной традиции подселенцем называют постороннюю сущность, которая закрепилась в поле человека и использует его состояние в собственных интересах. Такое присоединение может произойти после неграмотно проведённого вызова, незакрытой кладбищенской работы, контакта с чужими ритуальными предметами, магического воздействия или попытки работать с неизвестной силой без защиты. Подселенец не всегда проявляется открыто. Вначале он может помогать, усиливать чувствительность, показывать яркие сны и создавать быстрые совпадения. Человек начинает считать, что получил дар или родового покровителя. Настоящая цель проявляется позже. Сущности требуется всё больше внимания, эмоций и постоянного взаимодействия. Без этого человек чувствует страх, упадок сил или непреодолимое желание снова проводить обращения.