В посте у коллеги есть сильная мысль и, на мой взгляд, определенная ошибка. Сильная мыс...
В посте у коллеги есть сильная мысль и, на мой взгляд, определенная ошибка. Сильная мысль - конфликт с Россией был для части западных элит не самоцелью, а инструментом. Он разорвал прежнюю энергетическую связку России и Германии, поднял военные расходы и усилил зависимость Европы от внешней безопасности и импортной энергии. Ошибка - писать «США и Британия» так, будто это один человек с единым планом на 30 лет. У американской системы есть стратегическая преемственность, но внутри нее конкурируют разные проекты. Атлантистский проект хочет единую Европу, встроенную в ЕС и НАТО. Наднациональные институты, санкции и постоянная российская угроза делают эту конструкцию управляемой. Война здесь нужна не ради войны. Она скрепляет блок, подавляет разговоры об автономии и объясняет дорогую энергию, милитаризацию и политическую дисциплину. Трампистский проект устроен иначе. Его стратегия говорит о прекращении войны, стратегической стабильности с Россией и Европе как группе согласованных суверенных государств. Военная стратегия требует, чтобы Европа сама отвечала за оборону, пока США освобождают силы для Индо-Тихоокеанского региона. Но это не значит, что Трамп хочет подарить Европе независимость. С единым Брюсселем Вашингтону приходится договариваться как с блоком. С национальными правительствами можно торговаться по отдельности - пошлины, СПГ, оружие, инвестиции в США и личная поддержка. Поэтому ставка на национальные элиты может быть не освобождением Европы, а заменой наднациональной зависимости на двустороннюю. Трамп переворачивает механизм, но не обязательно верхнюю цель. Он может договариваться с Россией, потому что бесконечная война мешает сосредоточиться на Китае, толкает Россию к Пекину и заставляет США оплачивать европейский театр. Но одновременно его администрация согласовывает новые санкционные инструменты против России через давление на Китай и Индию. Россия для него не друг и не метафизический враг. Это элемент баланса сил, который выгоднее стабилизировать, чем окончательно подарить Китаю. Самостоятельный контур Берлин - Москва - Пекин вряд ли понравится любой администрации США. Спор идет не о сохранении американского влияния в Евразии, а о способе. Атлантисты хотят управлять Европой через общие институты. Трамписты - через национальные столицы и отдельные сделки. Есть и фактические перегибы. Монополии США на европейскую энергию нет. В 1 квартале США дали 57,4% европейского СПГ, но главным поставщиком трубопроводного газа осталась Норвегия с долей 54,4%. Утверждать, что газопроводы взорвали США и Британия как некие монолиты, тоже нельзя. Да, это были британские и американские силы, а точнее группировки. История со сменой элит сложнее одной тайной операции. Европейские политики десятилетиями проходили отбор через университеты, фонды, НПО, структуры ЕС и НАТО. Но Европа была не только жертвой. Ее элиты сами обменяли стратегическую автономию на американскую безопасность, российскую энергию и китайский рынок. Модель развалилась, а самостоятельного плана не оказалось. Поэтому сегодня идет борьба двух американских проектов за будущую Европу. Атлантисты хотят единую Европу, мобилизованную против России. Трамписты - Европу национальных государств, которая сама оплачивает оборону, покупает американское и договаривается с Россией на условиях новой американской стратегии. Для первых война с Россией - способ сохранить старый порядок. Для Трампа мир с Россией может стать способом построить новый, причем в свою пользу. В обоих случаях Европа пока выглядит не субъектом игры. А главным призом. Как говорил коллега Адамидов: "Закончится все разделом Европы". @moi_misli_vslukh