Алексей вернулся из командировки на два дня раньше. Он мечтал лишь об одном — тихо войт...
Алексей вернулся из командировки на два дня раньше. Он мечтал лишь об одном — тихо войти в дом, обнять Марину и увидеть её удивлённую улыбку. Но удивление испытал он сам. Из гостиной доносился смех. Дверь была приоткрыта. Алексей заглянул внутрь и увидел беременную Марину на коленях у ведра. Она мыла холодный пол голыми руками, а его мать, Лидия Сергеевна, протягивала ей телефон. — Громче плачь, — усмехался Роман. — Пусть потом рассказывает, как её здесь «обижали». Марина подняла глаза. В них не было слёз — только усталость человека, который слишком долго ждал помощи. Алексей вошёл молча. Лишь когда Роман обернулся, он сказал: — Сними это. И положи телефон на стол. В комнате стало тихо. Через час Марина уже сидела в машине, укрытая его курткой. Она долго не хотела говорить, но потом призналась: последние месяцы Лидия Сергеевна отбирала её карты, запугивала, заставляла подписывать бумаги и уверяла, что Алексей всё равно бросит её, когда узнает «правду». В больнице врачи сказали, что стресс мог стоить ребёнку жизни. Марина осталась под наблюдением, а Алексей впервые за много лет позвонил Артёму — другу, который работал в правоохранительных органах. Проверка началась с банковских выписок. С семейных счетов исчезли десятки миллионов рублей. Деньги переводили на фирмы, зарегистрированные на Романа. Затем нашли документы с подписью Алексея — договоры, доверенности и завещание, по которому всё имущество переходило младшему брату. Но экспертиза установила: подпись была подделана. Постепенно всплыли и другие доказательства: запись с телефона Романа, аудио с угрозами, показания соседки и нотариуса, который отказался заверять сомнительные бумаги. Выяснилось, что Лидия Сергеевна годами строила план: объявить Алексея не родным сыном, лишить его наследства, а затем инсценировать несчастный случай. Когда мать и брат попытались уехать за границу, их задержали в аэропорту. На суде Роман сначала молчал. Но, поняв, что мать готова свалить всё на него, заговорил. Он рассказал о переводах, поддельных документах и даже признался, что именно Лидия Сергеевна придумала историю о «чужой крови» Алексея. Последнее слово поставило точку. ДНК-экспертиза подтвердила: Алексей был родным сыном своего отца. Лидию Сергеевну приговорили к шести годам, Романа — к четырём. Через год Марина родила мальчика. Алексей держал сына на руках и смотрел, как тот сжимает крошечные пальцы. — Лев, — сказала Марина. — В честь деда. Алексей улыбнулся. Он наконец понял: семья — это не те, с кем совпадает кровь. Семья — это те, кто не даст тебе упасть, а если ты упал — встанет рядом и поднимет.