СЕРИЯ 9. ДВА ДНЯ
СЕРИЯ 9. ДВА ДНЯ В последний рабочий день перед отпуском Ася получила финальную версию ролика. Монтажёр действительно убрал оба профиля, как она просила. Она посмотрела готовый материал один раз, затем зачем-то открыла исходник. На необработанном фрагменте Ася стояла возле барной стойки, объясняла, почему пришлось полностью менять освещение, и рассмеялась, когда за её спиной рабочий уронил коробку. Профиль был виден прекрасно, нос тоже. И почему-то именно в этом кадре она себе понравилась. Не потому, что внезапно увидела в горбинке достоинство. Просто на несколько секунд перестала оценивать лицо по отдельным частям. На экране была женщина, которая знала своё дело, увлекалась разговором и вообще не думала о том, как выглядит сбоку. Ася закрыла ноутбук. Вечером приехала мать. Привезла контейнеры с едой на первые дни после операции и делала вид, что полностью смирилась. — Суп заморозишь. Котлеты мягкие. Я прочитала, что первое время жевать неприятно, поэтому ничего твёрдого не готовила. Ася улыбнулась. — Ты же была категорически против. — Я и сейчас против. Но если дочь решила сделать глупость, это ещё не повод оставить её без еды. Они вместе складывали контейнеры в морозилку. Потом Тамара Петровна достала из сумки старый фотоальбом. — Я не отговаривать пришла. Просто нашла вчера и поняла, почему так взбесилась. На первой странице был отец Аси в молодости. Высокий, худой, с той же заметной горбинкой. На одной фотографии он держал пятилетнюю Асю на плечах, на другой они оба повернулись к камере одинаково, и сходство было почти смешным. — Если я сделаю операцию, папа никуда не исчезнет. — Конечно. Ты вообще не обязана хранить его лицо. Просто мне вдруг показалось, что исчезнет ещё один кусочек человека, которого больше нет. Но это моя проблема, не твоя. Я не имею права превращать собственную тоску в твой нос. Ася закрыла альбом. Впервые за последние недели кто-то признал своё влияние и не превратил его в совет. Ночью Марк лёг рядом, не касаясь её. Через несколько минут Ася сама заговорила. — Если я завтра скажу, что отменяю операцию, ты обрадуешься? — Я обрадуюсь, если ты перестанешь спрашивать меня, какое лицо тебе носить. А если сделаешь операцию, приеду за тобой, буду менять лёд и терпеть характер. Ася тихо засмеялась. — Кажется, впервые мне вообще не надо, чтобы ты помогал решать. Утром она проснулась за час до будильника. До операции оставались сутки. 📚 Все мои каналы с историями — здесь