— Петя, домой! Ужин стынет! — крикнула женщина с балкона.
— Петя, домой! Ужин стынет! — крикнула женщина с балкона. — Щас, — пробурчал мальчишка и поплёлся в подъезд. «А меня с детства приучили вовремя приходить домой», — рассказал мой друг Владик. Его бабушка Магрипа говорила по-русски бойко, но с сильным акцентом: вместо «шофёр» у неё получалось «шопер», а соседа Володю она называла «Болёдей». Однажды родители Владика уехали на свадьбу, и он остался с бабушкой. Заигрался во дворе, не реагировал на первые два зова. Тогда Магрипа-апа гаркнула на весь двор: — Блядик, иди кушить домой! Кушить стынет! Владик примчался, но потом ещё долго отвоёвывал у мальчишек право не дразнить его этим прозвищем. Спустя годы мы вспоминали эту историю и подняли тост за наших милых бабушек. А когда я невинно спросил, не пробовала ли Магрипа называть его полным именем, Владик обиженно переспросил: — Это как? Блядислав, что ли? Первым под стол пополз я.