⭐ Ролло Мэй (1909–1994) ⭐ — 20 июня 2026 г. в 12:00:06.094
⭐ Ролло Мэй (1909–1994) ⭐ Ролло Мэй первым в США собрал из европейского экзистенциализма цельное направление клинической психологии. Сам он шёл к этому необычным путём: учился на богослова у Пауля Тиллиха и в психотерапию пришёл поздно, когда ему было уже сорок лет. В 1958-м Мэй составил сборник «Экзистенция» — эта книга впервые открыла американским психологам Л. Бинсвангера, М. Босса и всю линию, идущую от Кьеркегора и Хайдеггера. И именно эта книга стала началом американской экзистенциально-гуманистической психотерапии. ❕ Мэй принял и даже заострил вопрос, оставленный Фроммом: откуда человеку взять силы не сбежать от собственной тревоги? И переосмыслил его с самого основания, потому что и саму тревогу понимал иначе, чем психиатр. Если психиатр видит в тревоге симптом, который нужно снять, то Мэй считает, что тревога неотделима от человека — ровно потому, что человек свободен и смертен. ✔️ Смертен — то есть единственный из всего живого знает, что умрёт, и это знание не даёт ему покоя. ✔️ Свободен — то есть всё время выбирает, а у всякого выбора есть цена; страх перед этой ценой Мэй и зовёт тревогой, недаром у него «свобода — мать тревоги». Поскольку же тревога вшита в саму человеческую жизнь, то просто гасить её — бессмысленно. На тревогу нужно «отозваться». Тревога стучится в дверь человека, как стучится сам мир, как бы напоминая: годы коротки, твой выбор чего-то стоит, открой и сделай что-нибудь. Открыть, а не заглушить, — Мэй и называет это, вслед за Тиллихом, «мужеством». Мужество — это не бесстрашие, которого не бывает, а способность делать своё дело, вопреки собственному страху. Вот почему формулу «мужество быть» Тиллиха он преобразовал в «мужество творить». 🔸🔸🔸 Вопрос, который Мэй ставит перед человеком: «Куда меня зовёт моя тревога — и хватит ли мне мужества туда пойти?» ➡️ Вопрос времени Мэю задаёт — «сытая» послевоенная Америка, в которой люди «разучились» тревожиться. Кругом погоня за деньгами, за быстрым успехом, за хорошим настроением, а тревогу, едва она поднимется, заглушают — таблеткой, алкоголем, покупкой или развлечением. ➡️ Психотерапевтический подход Мэя в том, чтобы вернуть тревоге её законное место: не на полке симптомов, а в самой сердцевине человеческой жизни, рядом со смертью и свободой. Однако, вместе с тревогой Мэй возвращает человеку и достоинство. Вот почему дело психотерапии — не «залатать» человека, а расширить его внутренний мир, сделать осознанным то в нём, что прежде двигало им подсознательно. ➡️ Но здесь же открывается и предел этого подхода: о мужестве и творчестве Мэй говорит на примере уникальных личностей. Но как быть обычному человеку, которого тревога не толкает к творчеству, а просто валит с ног? «Мужество быть» подразумевает, что в человеке есть тот, кто готов к этому «быть». Нужно быть уверенным, что у человека есть некое глубокое, фундаментальное, внутреннее «я»… Грубо говоря, у человека должен быть «внутренний стержень». Но как он возникает? Каждый ли человек может этим похвастаться? И что может сделать для этого психотерапевт? И уже на этот вопрос попытается ответить Джеймс Бьюдженталь… 💬 Комментарий к видео-фрагменту. Радость, о которой говорит Мэй, не отменяет тревоги, а включает её — она не помеха радости, она её условие. И когда культура продаёт «позитивное настроение», «удачную покупку», «волшебную таблетку», — это предательство человека. Тревога прилагается к каждому человеческому выбору, и платит эту цену именно тот, кто жив. Поэтому, возвращаясь к фроммовскому «бегству от свободы» и вопросу «откуда взять силы», — Мэй отвечает, что просто бежать нам не от чего. То, что гонит нас прятаться, — есть стук мира в дверь, приглашение жить, которое стоит принять.