«Лет в пять подружка открыла мне главную тайну взрослой жизни – как люди женятся. — 7 июня 2026 г. в 18:17:01.121
«Лет в пять подружка открыла мне главную тайну взрослой жизни – как люди женятся. Делюсь, может, кто не знал. Над каждым человеком парит ангел. Если Сашин и Машин ангелы дружат, то хоть живи Саша с Машей на разных планетах, никуда им не деться, предопределено. Давеча, пребывая в настроении мемуарном, ворошила прошлое. Вот, навспоминалось. Например, Иванова. Бабулька-соседка забыла на даче телефон, страшно расстроилась, вещь-то дорогая, решила вернуться за пропажей. Хорошо, выходя из подъезда, наткнулась на Иванову. Иванова, как могла, успокоила и предложила: давайте я съезжу, только дорогу расскажите. Пару раз заплутав, добралась. Бабулин телефон нашёлся, Иванова побродила по участку, сорвала грушу – кислятина. А потом глянула на соседний участок и чуть не захлебнулась слюной. Там стояла роскошная яблоня. Иванова покричала: есть кто дома? Никто не отозвался. И тогда Иванова, руководитель проекта, ведущий специалист и уважаемый человек с безупречной репутацией, перешагнула низенький заборчик. Попрыгала безрезультатно, вспомнила детство золотое и полезла на яблоню. Ну, что сказать про вкус – примерно такие яблоки росли в райском саду. Иванова схрумкало одно, потянулась за другим, и тут снизу сказали: - Ну ладно дети, но взрослая женщина! И не стыдно вам? Иванова с ужасом глянула вниз, увидела сердитого мужика, покраснела и промямлила: - Я вам сейчас всё объясню! - Уж потрудитесь объясниться, -сказал мужик, - кстати, малина – тоже ваших рук дело? Хоть бы для приличия ягодку оставили! Иванова возмутилась: какая ещё малина? Переступила неуклюже на ветке, ветка треснула и вместе с Ивановой рухнула вниз. У мужа Ивановой друзья потом спрашивали, как это он, убеждённый холостяк, попался на крючок? - Что мне было делать? -говорил муж Ивановой, -она пала к моим ногам! Наивный. На самом деле это два ангела, услышав треск и шум, переглянулись, улыбнулись и пожали друг другу бесплотные руки». Н. Волнистая Александр Штейн