* * *
* * * Купили мы, граждане, казан. Для мангала, натурально. Продавец клялся, что вещь вечная, внукам останется. Чистый чугун, неподъёмная гиря с ушками. Саша тащил его на дачу и надорвал поясницу, потому как весу в нём пуда полтора, не меньше. Гляжу я на него и глазам не верю. Он желтеет! Ей-богу, на глазах покрывается благородной рыжиной. Первая моя мысль была, конечно, на климат грешить. Думаю, осень, граждане, пришла преждевременно, сырость в воздухе образовалась. Ан нет! Полезла я в эти ваши интернеты, на форумы знатоков. Батюшки мои! Там целая секта. Люди свои сковородки по именам зовут, целуют в донышко и завещание нотариусу несут. Мол, сыну казан не дам, он оболтус, средством для мытья посуды его погубит. Передам сразу внуку! В обход детей, значит. Детей-то они уже упустили, а внуков к чугуну планируют готовить лично и строго. А уход за ним это отдельная каторга. Современным средством его не возьмёшь. На форумах за это проклинают до седьмого колена. Только чистой водой и, желательно, собственными слезами. Зато после мытья его положено ублажать. Обмазать маслом и прокалить. И стоит при этом такой дым, будто мы вызываем дух Тамерлана. А поскольку весит он как чугунный мост, таскание его до раковины и обратно заменяет Саше абонемент в спортзал. В общем, живём теперь втроём. Я, Саша и этот барин чугунный. Капризный, тяжелючий, ржавеет от одного взгляда. Но плов в нём выходит, пальчики оближешь. Так что терпим. А как внуки подрастут, вручим им эту гирю торжественно, под расписку. Пусть тоже почувствуют, что такое вечная вещь в условиях сырого климата и слабой поясницы.