У моих родителей было четверо детей: три сына и старшая дочка Зина. В 1949 году 20-летн... — 27 июля 2026 г. в 08:00:01.275
У моих родителей было четверо детей: три сына и старшая дочка Зина. В 1949 году 20-летняя Зина вышла замуж. Через год в молодой семье родилась дочка. Муж оказался страстным любителем зелёного змия, и в семье часто случались ссоры, скандалы. Зина часто уходила из дома к родителям. Жизнь сложилась у них таким образом: три дня сестра живёт с нами, неделю - с мужем. Потом наоборот: неделю у нас, пол недели - с мужем. Так продолжалось девять лет. В 1958 году Зина, несмотря на пьянство мужа, всё-таки решилась родить второго ребёнка. В июле она, будучи уже на седьмом месяце, после очередного скандала в семье опять ушла к нам. Родители в это время рядом со старым построили новый бревенчатый дом. Пока он ещё находился в стадии отделки, не было печки, по стенам свисала пакля и так далее. В нём не было никакой мебели, стоял только диван, на котором каждую ночь кто-нибудь из нас ночевал, охраняя стройматериалы, да между окнами был повешен иконостас - множество икон разных размеров. Через некоторое время после возвращения сестры домой заявился её муж. Стал умолять Зину, чтобы она простила его и вернулась. Клялся и божился, что пить и дебоширить больше не будет, что он всё осознал. Сестра, как всегда, поверила и ушла с ним. В ту ночь в новом доме остался ночевать я. Утром родители встали рано, мать ушла на работу, а отец прошёл к иконостасу и вдруг воскликнул: Эх, чёрт возьми! Отец был глубоко верующий человек, и если он произнёс возле икон такие слова, значит, произошло что-то серьёзное. Он позвал меня. Я подошёл к окну и увидел такое, что у меня волосы встали дыбом. По всему подоконнику копошились блохи. Они спускались по стене вниз, ровной полосой проходили по полу, поднимались по стене вверх и так же, как на левом окне, разместились и на правом. Отец сказал: Это очень плохая примета, быть в доме покойнику в самое ближайшее время. Существует несколько таких примет: или синичка стучит в окно, или летучая мышь летает возле окна, или появляются в новом доме насекомые в больших количествах. Быть беде. Я не поверил в предсказание отца. В доме у нас никто не болел, в семье не было представителей рисковых профессий - ни лётчиков, ни моряков, ни шахтёров. Отец принёс бидон с керосином, мы облили блох, передавили их, собрали веником в лоток и сожгли во дворе. Затем мы вымыли подоконники, пол и стены горячей водой с хозяйственным мылом, и от блох не осталось и следа. Кстати, ни одного насекомого в других местах дома мы не обнаружили. Очистив дом от блох, я взял свою любимую книгу “Граф Монте-Кристо” и лёг на диван. Минут через сорок меня стала одолевать дрёма, и вдруг я услышал вдалеке душераздирающий плач. Плачущий человек, судя по звуку, медленно приближался к нашему дому, а потом остановился рядом с окнами. Я понял: у кого-то случилась какая-то большая беда. Вышел на улицу, смотрю - на брёвнах сидит моя мать и рыдает во всю силу своего голоса. Я понял, что к нам действительно пришла беда, о которой говорил отец и у меня подкосились ноги. С большим трудом я подошёл к маме и спросил: Мама, что случилось? Она сквозь рыдания сказала: Зина наша умерла! Оказалось, что ночью у сестры начались схватки. Её увезли на скорой помощи в больницу, сделали кесарево сечение, но не смогли спасти ни Зину, ни ребёнка. Ей было всего 29 лет. По жизни Зина была жизнерадостным, добродушным человеком, всегда стремилась делать людям добро. Её любили и дома, и на работе… Похороны проходили из нашего нового дома. Он стоял на перекрёстке двух улиц. От дома до кладбища было не более 200 метров. Обязанность нести гроб с телом сестры взяли на себя женщины-коллеги. Они в прямом смысле слова не подпускали к гробу мужчин. Причём можно было повернуть направо и идти прямо к кладбищу, но женщины понесли гроб по улице до следующего перекрёстка, то есть специально прошли полтора километра вместо 200 метров. Они несли гроб на вытянутых вверх руках, периодически меняясь. Это была демонстрация глубокого уважения к сестре. За всю свою жизнь я никогда не видел таких похорон.