Седьмая реанимация
Седьмая реанимация Это всё, что вы читаете в городских пабликах. Бандитский нож, ДТП, мотоциклисты, падения с высоты и суициды. Все «лучшие тусовки» заканчиваются у нас — другого не дано. Куда положим тяжёлую акушерскую? В АРО-7! Куда денем непонятно чем болеющую мать высокопоставленного чиновника? В АРО-7, конечно. Они там разберутся. А если не разберутся. Всё равно, ей там лучше будет. АРО-7— это ПИТ. Палата, всегда готовая встретить самое экстренное. В которой одна злая врачиха и два сердитых эскулапа всё время кошмарят «несчастную» скорую, чтобы сделать её лучше. Потому что на собственной шкуре знают, как надо. АРО-7- была открытой для посещений родственниками ещё до того, как об этом начали говорить на конференциях. Это не роддом и не перинатальный центр, но в наших стенах родился не один ребёнок и спасена не одна тяжелейшая мать. Однако, об этом, почему-то, не пишут в газетах. АРО-7 – это когда молодая женщина, проснувшись после наркоза, сообщает, что дома у неё дети одни, а ты понимаешь, что поступила она двенадцать часов назад. И вот уже дежурный врач лазает на больничной помойке, в поисках пакета, на котором записан телефон подруги. Чтобы спасти чьих-то детей. Потому что мы ежедневно становимся свидетелями личных трагедий. Иногда со счастливым концом, а иногда с печальным. И если хоть немного можем повлиять на исход— стараемся. АРО-7 - это когда доктор кормит парализованного с переломом позвоночника своим мандарином, потому что сегодня новый год и для него сейчас это единственная радость. Когда медсестра два часа расчёсывает свалявшиеся волосы девушке в коме, а пациенту с неродивыми близкими все покупают еду и лекарства. АРО-7- это когда с данной записью в трудовой возьмут куда угодно. И самая стервозная заведующая реанимацией расплывётся в улыбке, потому что знает: этот точно хотя бы рукастый— в трахею и вену попадёт. АРО-7— это когда после очередных бесконечных суток с оторванными ногами, резанными шеями и безжалостной «коллегиальностью», ты бредёшь домой и думаешь: Уволиться? А может в монастырь? Или стать профессиональной содержанкой? Но в следующий раз опять собираешь судки в пакет и идёшь в заданном направлении. Спасать этот город. Не ради жажды славы, денег и призов, как говорил Владимир Семёныч. А ради видео из реабилитационных центров, где пациенты снова учатся ходить, фотографий довольных детей и их мам, которые по статистике не должны были выжить, объятий возле дверей реанимации после слов «я помню только ваш голос, хотел увидеть». Просто потому что это АРО-7: и мы не выгораем. Это наша ежедневная температура.