Гуляли с подругой по лесу, ездили в Дубну, к Волге. Осенний лес в России, перед самыми ...
Гуляли с подругой по лесу, ездили в Дубну, к Волге. Осенний лес в России, перед самыми холодами, на излете бабьего лета — особая прелесть, особый дух и сила. Пахло одновременно пожухлой травой, опалыми листьями, свежим тлением, и водой, рекой, влагой, летящей из волжской дали... То самое время, когда еще можно ходить в футболке, но ветер уже становится прохладнее, резвее, как с ментоловой отдушкой, весело грозя скорыми холодами, метелями, суровой зимой... Ходили и болтали о жизни, о возрасте. У нее большая дочь, ей за сорок, как и мне. У нее семья, у меня перманентный ее поиск. Говорили о том, что дальше? Что у тебя, когда дочь вырастет? Что у тебя, когда ты снимешь все свои фильмы и утолишь жажду творчества? Ходили по осени, по багровым хрустящим ладошкам листьев, желтым монетам листьев, остывающей земле... И стали говорить о старости, о будущем, о том, чего боимся. Вспоминать стали разные случаи, знакомых, родителей, как старели они, как мирились с ней, как смирялись и сопротивлялись... В итоге поговорили о деменции, о болезнях, о телах своих, которые все чаще по утрам поскрипывают и надо уже, уже пора делать зарядку и идти в зал! Поговорили о друзьях, которых становится с возрастом все меньше. О надеждах, которые живут до последнего в нас. На успех. На финансовое благополучие, за которым бежишь всю жизнь, но в итоге оказываешься у разбитого корыта с надписью на боку "лишь бы не нищета!". Поговорили о душах своих вечно ищущих, когда им будет покой. Поговорили о смерти, о тщете всего, и о том, что и бедных и богатых, и несчастных и счастливых — всех однажды выключат как свет в ванной. Раз и — нет нас. Поговорили страшно ли нам стареть, что будет там, и лучше когда умирать быстро и не досаждать близким, а старость не страшна, лишь бы сохранить разум, это самое важное, и не превратиться в грубых брюзгливых стариков в старческом цинизме... Когда гормоны уже ушли и сказка кончилась, а землю еще топчешь. О многом поговорили, хотя конечно нам далеко еще до этих времен. Поговорили, дошли до высокого бетонного одинокого маяка с башней на самом верху. Постояли, очарованные этим свирепым монстром. Помолчали и поехали домой. Все обсудили, все поняли. Осталось одно — дождаться старости. Как сказал кто-то великий: "Цените старость, этот дар дается далеко не всем".