Отрицательный рост и другие трусливые эвфемизмы — 9 июня 2026 г. в 15:26:32.531
Отрицательный рост и другие трусливые эвфемизмы «В связи с непростой экономической конъюнктурой компания вынуждена осуществить мероприятия по оптимизации штатной структуры в целях сохранения операционной устойчивости». Перевод: на рынке ж… кризис, денег ни у кого нет, клиенты не платят, мы решили уволить половину сотрудников, чтобы самим не утонуть совсем. Компании страшно называть вещи своими именами. Компания боится резких реакций и кодирует реальные сообщения обтекаемыми формулировками. Это особый стиль канцелярита. Самый трусливый и самый разрушительный. Все остальные виды бюрократического языка просто делают текст скучным. Эвфемизм делает его лживым. И ложь эта всем очевидна. – На складе произошел хлопок, в результате чего здание обрушилось и пострадало десять человек – пишут такие вот кодировщики, думая, что мы дебилы и хлопок от взрыва не отличаем. Наверное, кто-то неосторожно хлопнул в ладоши и от этого на складе все обрушилось, подумаем мы. «В здании произошло небольшое задымление. 35 человек с ожогами попали в областную больницу». Серьезно? Задымление? Наверное, слишком много курили. Или была дискотека 80-х и забыли выключить дым-машину. Государственные структуры довели этот жанр до абсолюта. У них вообще не бывает плохих новостей, только «отдельные сложности». Подорожание продуктов – «корректировка ценовых параметров». Безработица – «структурный дисбаланс рынка труда». Бедность – «низкие доходы отдельных категорий граждан». Авария на производстве — «нештатная ситуация на промышленном объекте». Хитом этого новояза, безусловно, является словосочетание «отрицательный рост». Надеюсь, не надо объяснять, что к грамматике русского языка это не имеет никакого отношения? Слово «падение» оказалось слишком обидным. Слово «спад» слишком честным. Слово «снижение» – слишком прямолинейным. И тогда родилась гениальная конструкция: рост, который на самом деле падение. Рост со знаком минус. Рост, при котором всё уменьшается. Но «отрицательный рост» не одинок. У него есть братья и сестры. И их немало. и они учат нас не верить тому, что мы читаем. "Замедление темпов роста". Всем понятно, что за этим скрывается падение. Но «замедление» звучит так, будто мы просто едем чуть медленнее, а не катимся со свистом в обратную сторону. И даже если речь о том, что мы реально стали расти медленнее, читатель уже не верит. Противостоять этому параду эвфемизмов почти невозможно. Пиарщики понимают, бьются как рыба об лед ро своих руководителей и железобетонную стену их страхов. Но особо отважные наши коллеги бьются за каждое слово. Каждая «оптимизация», которую вы заменили на «сокращение», – это маленькая победа честного языка над казённым. Эвфемизм – это всегда признак того, что автор боится собственного сообщения. Аудитория хочет, чтобы мы называли вещи своими именами. И чтобы говорили с ней честно. А если мы обманываем вот в таких вещах, то значит и в более серьезных тоже водим их за нос. Они в этом уверены.