Система лечила мою болезнь. — 23 мая 2026 г. в 16:12:00.635
Система лечила мою болезнь. Но выбирать жизнь снова и снова приходилось самой В прошлом тексте я рассказала о том, как у меня случайно обнаружили рак молочной железы. Начало тут А дальше — от «случайно нашли» до начала лечения — в моём случае прошло четыре месяца. Обнаружили в мае, лечение началось только в сентябре. Мне назначили шесть химиотерапий, операцию и 18 лучевых. Всё начиналось с химии. Химиотерапию назначили шесть раз — раз в три недели. Но после четвёртой организм совсем ослаб: показатели крови были очень плохие, началась аллергия. В итоге мне дали паузу, чтобы я хоть немного восстановилась, а потом сменили тактику лечения — впереди было ещё четыре химии раз в неделю, уже без одного из препаратов. Но суть даже не в этом. Ты буквально начинаешь жить в больницах. Бесконечно: взять направление, сдать кровь, снова сдать кровь, поехать на один приём, потом на другой. А когда организм настолько ослаблен, вся эта логистика становится отдельным испытанием. Потом я, конечно, научилась выстраивать маршруты, искать способы облегчить себе жизнь. Но сначала всё это ощущалось почти невыносимо. После химиотерапии очень много последствий. И дальше — спасение утопающих во многом становится делом рук самих утопающих. Например, мне неправильно назначили дозировку кроворазжижающих препаратов. Начались кровотечения. Я думала, что это реакция на химию, но оказалось — нет. И дальше ты начинаешь ходить по кругу. Один врач не берёт ответственность. Второй тоже. Третий говорит: «Вызывайте скорую». Тебя буквально пинают как футбольный мяч. В итоге всё решилось двумя таблетками и заменой препарата через кардиолога. Но пока до этого доходишь — тратишь огромное количество сил. Вообще часто возникает ощущение, что лечат не человека целиком, а каждый — только свой участок. Понятно, что у специалистов свои зоны ответственности. Но из-за этого даже простые вещи превращаются в сложный квест. Например, после химии терапевт рекомендовал капельницы для поддержки печени. Но ты не можешь просто пойти и сделать их — даже платно. Сначала нужно получить назначение. Чтобы получить назначение — попасть к врачу. Потом дождаться. Потом снова что-то согласовать. И таких моментов очень много. С одной стороны, есть вещи, которые могут помочь твоему организму. С другой — между тобой и этой помощью стоит ещё куча шагов, на которые у тебя уже почти нет сил. А тебе при этом просто плохо. Практически всё время. И хорошо, если есть возможность иногда идти в платную медицину. Если её нет — всё становится ещё сложнее. Что помогало лично мне? Муж был рядом всегда. Абсолютно всегда. Он ездил со мной по больницам, отвозил и забирал, если нужно — готовил еду, помогал во всём бытовом, шёл со мной в лес, когда у меня не было сил идти одной. Это очень важно — когда рядом есть человек, который не исчезает в болезни. У меня есть близкая подруга, которая очень часто приезжала. Её муж когда-то тоже болел, и она умела быть рядом правильно: без жалости, без «бедная ты несчастная», а просто — по-человечески. Как обычно, но с настоящим состраданием. Ещё одна подруга хоть и редко, но тоже приезжала. Практически каждый день я ходила в лес. Если не могла идти одна — было страшно потерять сознание или просто не было сил — шла с кем-то. Даже после химии, после премедикации, когда ты ещё не развалился окончательно, но уже как в тумане, — я всё равно шла в лес. Иногда буквально ползла. И выходила оттуда другим человеком. Не знаю, как это работает. Спасибо лесу и всем духам-помощникам. Ещё мне очень помогала работа. Я не переставала работать ни на день. Я люблю свою работу. Когда садилась работать — забывала обо всём. Даже если было невыносимо плохо, я как будто переходила в другое пространство. Очень помогали терапия и расстановки. Постоянно, регулярно. Без этого я вообще не знаю, как справлялась бы. Да, всё равно накрывало. Всё равно было бесконечно жалко себя. Всё равно были вопросы: «За что мне это?»