А еще скажите мне, как это быть звездой?
А еще скажите мне, как это быть звездой? Вы, наверное, думаете, что я сильная, смелая, яркая, умелая. Что я выскочка и звезда. А я, девочки, очень многого не умею. Я, например, до сих пор борюсь со стеснением, когда пою. Цель моего педагога добиться того, чтобы я стала петь «размашисто», чтобы не боялась рот открывать, чтобы не пела аккуратно. Она меня всячески поддерживает и вдохновляет, а у меня внутри по-прежнему скрипит ржавый замок на воротах моей души. Я реально боюсь быть громкой. Но сейчас хотя бы уже не хочу плакать, когда педагог просит меня послать звук подальше, заявить о себе этим звуком. И в танцах я не раскрываюсь до конца. Будто сама себя в путы заковываю. Думаю где-то глубоко внутри себя, что наслаждаться собой и танцем несколько неприлично. Что стыдно быть в нем яркой и чувственной, что стыдно в нем кайфовать от себя. Да, да, да, я прекрасно понимаю, что это не так, но этот противный голосок внутри всё еще сильнее меня. И я, в частности, очень хочу добавить экспрессии в танец, выпустить на свободу свою львицу тигрицу, и при этом, даже сейчас, когда я пишу эти слова, мне страшно. Откуда это во мне? Да, конечно, из детства. Сколько раз меня называли выскочкой, командиром и всячески укоряли за то, что я есть. Сколько раз меня игнорировали, не спрашивали вообще ни о чем, ни как у тебя дела, ни ела ли ты, ни что-то еще, о чем спрашивают всех детей. Я привыкла и научилась жить так, будто меня нет. Я! Которая рождена сиять, быть яркой, заметной, быть той самой выскочкой и командиром, научилась жить в сторонке, научилась не отсвечивать и молчать. И танцы, и вокал нужны мне для того, чтобы перестать бояться быть собой. Перестать бояться быть громкой, видимой, ощутимой. Я очень хочу сбросить с себя все эти оковы. Я хочу хотя бы оставшуюся часть жизни прожить без стыда за то, что я есть. И нет, я не давлю на жалость. Я просто делюсь с вами. Исповедуюсь. Лечусь. Возможно, кто-то из вас испытывает подобные чувства. Знайте, вы не одни. Я с вами. И мы обязательно справимся и будем сиять. Мы уже сияем, а будем делать это еще ярче. Аминь!