Переходя к анализу вопроса, почему в книге Судей повторяется история из книги Иисуса На...
Переходя к анализу вопроса, почему в книге Судей повторяется история из книги Иисуса Навина о том, как Гофониил захватывает город Кириаф-Сефер и получает себе в жёны Ахсу, следует отметить следующее. Несмотря на то, что книга Судей начинается со слов «По смерти Иисуса» (1:1), в дальнейшем тексте Иисус Навин фигурирует как живая личность, а затем снова упоминается его смерть и погребение (2:6–9). Предложим некоторые объяснения этой особенности. С одной стороны, фраза «По смерти Иисуса» — это не столько хронологическая пометка к первому эпизоду, сколько тематический заголовок ко всей книге Судей. Она обозначает новую эпоху. Книга Иисуса Навина закончилась, предводитель умер, начинается время, когда у Израиля нет единого руководителя. Это задаёт рамку: всё, что будет описано дальше, происходит в этот период. В то же время уже в рамках первой главы мы видим не столько последовательное повествование от одного события к другому, сколько сборник преданий о завоеваниях отдельных колен. Автор не считает нужным разделять их, потому что для него важнее тематическая связь: «как колена закреплялись на своих территориях». С другой стороны, такое наложение событий могло использоваться для указания на то, что переход между эпохами (от Иисуса Навина к судьям) был постепенным. Завоевания Халева и Гофониила относятся к периоду «племенных завоеваний», который начался ещё при жизни Иисуса Навина и продолжался после его смерти. Кроме того, автор показывает, что харизматичные лидеры — это не уникальное явление эпохи судей. Напоминая историю Гофониила, автор демонстрирует, что такие лидеры были и при Иисусе Навине. Подытоживая, можно предположить, что повторное упоминание смерти Иисуса Навина и истории Гофониила в книге Судей показывает: переход между эпохами — от Иисуса Навина к харизматичным лидерам-судьям — был постепенным и в значительной степени естественным. Продолжим анализ дальнейшего текста. Упомянув историю Гофониила, автор пишет: «И сыны Кенеянина, тестя Моисеева, пошли из города Пальм с сынами Иудиными в пустыню Иудину, которая на юг от Арада, и пришли и поселились среди народа» (Суд. 1:16).Здесь хотелось бы обратить внимание на одну особенность книги Судей, которая по мере анализа становится всё более заметной: автор раз за разом описывает происходящие события, воздерживаясь от какой-либо оценки и не указывая их последствий. Мы не встречаем здесь того рефрена, который характерен для книг Царств: «и делал он угодное в очах Господа» или «и делал он неугодное в очах Господа». Важно учитывать: это вовсе не означает, что события «нейтральны» или что автор не знал их оценки. Такая особенность — это прекрасная возможность возрастать в мудрости и проницательности, глубоко проникая в текст и пытаясь найти нюансы, которые помогли бы правильно понять оценку описываемых событий. Чтобы разобраться в значении сообщения о том, что сыны Кенеянина, тестя Моисея, поселились среди богоизбранного народа, важно проанализировать, почему автор здесь называет тестя Моисея Кенеянином. В Писании тесть Моисея встречается под двумя именами — Рагуил и Иофор (Исх. 3–4; 18). У автора книги Судей явно не было проблем с тем, чтобы выбрать любое из этих имён. Но он выбирает другую идентификацию. Также следует отметить, что вопрос поселения того или иного колена Израиля вместе с другими народами — это вопрос, которому в первой главе книги Судей уделяется немало внимания. Несколько примеров: «И живут Иевусеи с сынами Вениамина в Иерусалиме до сего дня» (Суд. 1:21). «И Ефрем не изгнал Хананеев, живущих в Газере; и жили Хананеи среди них в Газере. И Завулон не изгнал жителей Китрона и жителей Наглола, и жили Хананеи среди них и платили им дань» (Суд. 1:29–30).И, конечно, это негативные примеры, которые показывают: народ был не ревностен в завоевании обетованной земли и порой из-за этого не изгонял жителей, позволяя им жить вместе с собой, а порой предпочитал экономическую выгоду прямому послушанию Богу, позволяя жителям оставаться и требуя с них дани. А как быть с