Продолжим анализ повествования книги Судей о Гедеоне. После того как было отобрано трис...
Продолжим анализ повествования книги Судей о Гедеоне. После того как было отобрано триста человек, Господь заверяет судью: «Тремястами лакавших Я спасу вас и предам Мадианитян в руки ваши, а весь народ пусть идёт, каждый в своё место» (Суд. 7:7).И дальше мы читаем: «И взяли они съестной запас у народа себе и трубы их, и отпустил Гедеон всех Израильтян по шатрам и удержал (הֶחֱזִיק) у себя триста человек; стан же Мадиамский был у него внизу в долине» (Суд. 7:8).Указание на то, что триста воинов забирают у уходящего войска съестной припас и трубы, может показаться второстепенной бытовой деталью. Но тот факт, что в списке переданного снаряжения нет ни слова о военном оружии, свидетельствует о полной неполноценности их положения с человеческой точки зрения: отряд никак не подготовлен к битве, он лишён привычных средств защиты и нападения. Дальше отметим, что Гедеону понадобилось удержать этих людей. Это не пассивное «с Гедеоном осталось триста человек», а активное действие: он взял их, заставил остановиться и остаться. Вполне естественно, что эти люди не горели рвением сражаться в таком ничтожном составе против огромной армии и, скорее всего, тоже предпочли бы уйти домой. Радикальное уменьшение и без того немногочисленного войска явно подрывало дух оставшихся. С другой стороны, то, что Гедеон удерживает их, характеризует его с положительной стороны: он не ставит Богу очередного испытания, не подвергает сомнению Его решение и даже прикладывает собственные усилия, чтобы следовать Божьему велению. Теперь обратим внимание на зеркальную симметрию между испытаниями Гедеона и Божьими повелениями о сокращении войска. Гедеон задерживает войну в два этапа, требуя доказательств присутствия Бога посредством руна; Бог в ответ задерживает войну в два этапа, лишая Гедеона человеческой армии. Причём эта симметрия проявляется и в характере самих этапов: · Первый этап. Ответ на первое испытание с руном мог иметь рациональное объяснение (шерсть впитала влагу с земли) — и первое повеление сократить армию тоже вполне естественно (отослать домой всех боязливых и робких). · Второй этап. Ответ на второе испытание однозначно нарушал естественный порядок вещей (шерсть оставалась сухой, когда вся земля была покрыта росой) — и второе повеление оставить триста лакавших воду, как мы отметили, носило столь же нелогичный характер. По сути, как Гедеон сначала испытывает Господа, так Господь затем в точности испытывает судью. Здесь можно увидеть и зеркальную иронию. Гедеон требует чудесных подтверждений Божьего присутствия, и Бог превращает само предстоящее сражение в исключительно чудесное деяние. Собрав тридцать две тысячи воинов, Гедеон всё ещё сомневается, сможет ли одолеть врага – начинает испытывать Бога посредством руна. Но когда Бог испытывает его, Он делает всё, чтобы лишить судью человеческой уверенности и привести к немощи: израильское войско превращается в ничтожную группу, чтобы победа принципиально не могла быть приписана человеческому фактору. Требование знамений оборачивается для Гедеона тяжелейшим испытанием веры: ему приходится идти против бесчисленного врага лишь с горсткой людей, вооружённых кувшинами, трубами и факелами. Таким образом, история с руном — это не пример того, как можно узнавать и уверяться в воле Божьей. Это урок о том, что испытание, обращённое к Богу, возвращается к человеку как испытание его веры. Гедеон хотел получить гарантии — и получил их, но не в том виде, в каком ожидал: вместо уверенности в собственных силах он был приведён к полной человеческой немощи. Бог отвечает на испытания Гедеона, но тут же переворачивает ситуацию, ставя самого просителя в положение полной зависимости. Настоящую силу Гедеон обрёл лишь тогда, когда перестал искать подтверждений и просто сделал шаг послушания: удержал триста избранных человек. И в ответ на это, уже Сам Господь посылаем ему знамение, которое окончательно уверяет судью. Подробнее об этом в следующий раз.