Наш мозг, похоже, никогда не заморочивался сложными классификациями памяти, которые с т...
Наш мозг, похоже, никогда не заморочивался сложными классификациями памяти, которые с таким упорством десятилетиями придумывали за него нейроучёные. Те самые (нувыпоняли) исследователи из Ноттингема и Кембриджа, вооружившись сканером фМРТ, предложили сорока добровольцам сыграть в незатейливую игру с логотипами брендов, требуя вспомнить либо общеизвестные факты, либо только что заученные пары. Прикол в том, что, пока испытуемые честно «путешествовали во времени» в поисках личного опыта или рылись в хранилище общих знаний, их мозг с невозмутимым безразличием зажигал одни и те же нейронные «лампочки», словно извлекал данные из единой поисковой строки. Это стало неожиданностью даже для авторов работы, которые, по их же словам, ожидали увидеть чёткое разделение активностей. Особенно комично это выглядит на фоне прежней почти религиозной веры в особую роль гиппокампа — этой структуры в форме морского конька, которую десятилетиями преподносили как личного «дирижера» исключительно эпизодических воспоминаний. Его воспевали, изучая знаменитый случай пациента, лишившегося возможности формировать новые воспоминания после его повреждения, и даже находили у лондонских таксистов с их натренированной пространственной памятью увеличенные гиппокампы. И вот теперь выясняется, что этот «дирижёр», вероятно, одинаково дирижирует как оркестром личных переживаний, так и хором сухих абстрактных фактов. Разумеется, здесь нужно сделать реверанс в сторону скептиков, которые с опаской косятся на фМРТ-исследования, припоминая знаменитый скандальный эксперимент с мёртвой рыбой, чей мозг якобы «реагировал» на фотографии. Однако, если выводы группы верны, то они не просто ставят под сомнение учебники, но и предлагают более изящный взгляд на терапию: вместо того чтобы точечно чинить мифические «отделы семантической памяти» при деменции, возможно, эффективнее будет поддерживать всю нейронную сеть извлечения данных в целом. Выходит, наше сознание использует один и тот же алгоритм, чтобы с одинаковой бесцеремонностью выудить из чертогов разума как смущение от пролитого вчера кофе, так и дату падения Римской империи, не видя между ними никакой принципиальной разницы. И у этого факта есть конкретная практическая сторона. Получается, например, что зазубривать иностранные слова в отрыве от контекста — это как пытаться освоить плавание, изучая теорию гребков на суше. По сути, вы пытаетесь дважды изобрести один и тот же велосипед, заставляя один и тот же нейронный алгоритм сначала создать карточку со словом, а потом снова его же, но с огромным трудом, извлекать для разговора. Гораздо эффективнее сразу дать этому механизму его законную работу — поместить слово в ситуацию, эмоцию или диалог, то есть сразу «использовать», минуя стадию бесплодного складирования. Да, мы это и раньше знали. А теперь мы знаем почему это именно так вот работает. Источник: https://www.nature.com/articles/s41562-025-02390-4