В XIX веке, после Опиумных войн, Китай постепенно превращался колонию великих держав. И... — 3 августа 2026 г. в 20:53:07.805
В XIX веке, после Опиумных войн, Китай постепенно превращался колонию великих держав. Иностранцы откусывали себе порты на побережье, подкупали чиновников, захватывали в свои руки торговлю, строили фабрики и железные дороги и вообще превращались в хозяев жизни. В итоге в 1899 году при негласной поддержке императрицы Цы Си началось восстание ихэтуаней. На Западе их прозвали «боксёрами» за любовь к боевым искусствам. Боксёры носили амулеты, которые, как считалось, спасают от пуль и имели простую понятную программу: убить всех белых и вернуться в старые добрые времена. Ещё они верили, что их вожаки по ночам летают над Лондоном и сеют там чуму. Западные страны (включая Россию, США и Японию) послали свои войска, которые выкосили боксёров из магазинных винтовок, пулемётов и скорострельных пушек. Мораль сей басни проста. Запад, капитализм, технологии, рацио - круто. Ресентимент, бессильная злоба, примитивизм, иррационализм, ни на чём не основанная вера в собственное превосходство, фундаментализм, желание вернуть жизнь на тысячу лет назад - не круто. Глупые неграмотные ихэтуани это доказывают. Не будь как ихэтуани. И кто бы спорил - ну да, капитализм и технологии это круто. А ихэтуани были очень глупыми. Не то что… Не то что немцы с французами, у которых были пулемёты. Спустя полтора десятилетия после подавления боксёрского восстания два этих умных народа устроят жуткую бойню. Миллионы людей в грязных окопах потеряют руки, ноги, глаза, жизни. Целое поколение молодых парней превратится или в трупы, или в инвалидов - кто-то физических, кто-то психических. Две страны убьют друг о друга свой демографический, экономический и политический потенциал, будут четыре года жить в аду. Придёт голод, потом испанка, с которой не сможет справляться перегруженная медицинская система. Но всё это - ради великой цели. Будет ли над Страсбургом, в котором первая школа на французском появилась за несколько лет до Французской революции, снова реять триколор Республики? Вопрос важнейший. Как Франция может обойтись без Страсбурга - решительно неясно. За этот город с типично французским «бург» в названии не жалко уложить хоть вообще всех французских мужчин. Но и с другой стороны - ставка важнее жизни. Будет ли Верден, много веков назад, в незапамятные времена, входивший в состав Германской империи, снова немецким? Без Вердена Германии очень сложно. Я бы сказал - невозможно. Превратим этот Верден в груду камней, но - наш. На том стояла и стоять будет земля германская. Были и другие причины, конечно. Немецкая пропаганда объясняла, что война ведётся ради победы мужественной немецкой культуры над дегенеративной латинской «цивилизацией». Французы объясняли, что они, наследники Рима, воюют за великую цивилизацию против гуннов, варваров, зверей. Тоже, согласитесь, умно. От того, будет ли мир читать Гёте или Гюго, зависит вообще всё. (Мир, кстати, обоих в итоге не читает. Мир подписан на инсту жопы Ким Кардашьян). Умные англичане тоже присоединились. Им до зарезу нужна была железная дорога от Александрии до Кейптауна. Что по этой дороге возить и почему бы не возить морем, которое рядышком - неважно. Нужно. Очень. Судьба империи решается. А на пути этой дороги - немецкая Танзания. Ну как тут не воевать? Как не положить в землю Соммы штабелями вчерашних выпускников Итона, Харроу, Рэгби? На Сомме британцы впервые использовали танки. Умные люди англичане, ничего не скажешь - такую машину создать. А ещё, по выражению поэта, Англия на Сомме разучилась улыбаться. Такой вот обмен. А Танзанию Британия получит, да. Железную дорогу не построит, потому что она никому не нужна. По итогам войны из главного мирового кредитора превратится в главного мирового должника и через тридцать лет начнёт сыпаться, потеряв в итоге всю свою империю. Но Танзанию - Танзанию тогда получит. Не зря танк выдумали. (продолжение позже)