В Китае начали внедрять любопытную практику. На площадях, в метро и других самых заметн... — 6 сентября 2026 г. в 20:41:31.700
В Китае начали внедрять любопытную практику. На площадях, в метро и других самых заметных местах города всё чаще стали появляются не очередные бренды, блогеры-миллионики, а портреты учёных - людей, которых здесь действительно можно считать национальными суперзвёздами. Такое себе продолжение советского технократического модерна середины XX века, который на Западе сменился постмодерном и экономикой внимания. В Чжэнчжоу разместили изображения Цянь Сюэсэня - одного из отцов китайской ракетно-космической программы - и физика-ядерщика Дэн Цзясяня. В других городах можно увидеть агронома Юань Лунпина, создателя высокоурожайных сортов риса, или Ту Юю, получившую Нобелевскую премию за открытие артемизинина. Самые заметные точки города таким образом становятся витриной уже не потребления, а науки. На Западе подростковые кумиры всё чаще приходят из мира блогеров и социальных сетей, а Китай сознательно поднимает на пьедестал инженеров, физиков, врачей, агрономов, космонавтов. Разница в представлениях о будущей профессии хорошо видна по опросу Harris Poll среди 3 тыс. детей 8-12 лет в США, Великобритании и Китае. В англосаксонском мире самым популярным выбором оказался ютьюбер или влогер - 29% и 30% соответственно. В Китае - 56% детей выбрали профессию астронавта. При этом астронавта в США и Британии выбрали только 11%. Опрос хоть и старый - 2019 года, поэтому воспринимать его как точный портрет нынешних подростков не стоит. Но сам контраст показателен. Пекин возвращает в оборот старую идеологию индустриализма: герой - это не тот, кто развлекает, а тот, кто подчиняет природу. Здесь видна чёткая институционализация престижа. Проекция образов Цянь Сюэсэня или Юань Лунпина на билбордах мегаполисов - не просто пропаганда, а элемент серьезного планирования. Государство буквально управляет социальными лифтами через визуальный ландшафт городов, замещая коммерческую рекламу госпантеоном. Для КПК наука в целом становится новой гражданской религией и формой техно-национализма. Успехи в микроэлектронике, космической программе и фарме подаются не просто как абстрактный прогресс, а как реванш за век унижений и наглядное доказательство эффективности китайской модели. Конечно, не стоит превращать Китай в идеализированную страну, где все поголовно мечтают стать физиками. Но сам принцип действительно любопытен: общество показывает, что интеллектуальный труд и научное достижение - это национальный повод для гордости. У этого процесса есть и демографическая подоплека. В условиях старения населения и удорожания рабочей силы Китаю жизненно необходим сдвиг от простой фабричной сборки к высокотехнологичной добавленной стоимости. Сделать профессию инженера, агронома или физика массово престижной - это самый дешевый и эффективный способ загнать миллионы абитуриентов в тяжелые STEM-дисциплины без кратного увеличения зарплат на старте. По сути, перед нами попытка воспроизвести атмосферу советского энтузиазма 1930-1960-х годов с поправкой на элементы рыночной экономики. В долгосрочной перспективе именно эта способность государства директивно формировать иерархию ценностей - от детских мечтаний об астронавтике до национальных героев на улицах - определяет, кто будет задавать технологический и промышленный стандарт XXI века.