Ирина за спиной всхлипнула. Мы помолчали, проходя по длинной аллее. А я молился: «Госпо...
Ирина за спиной всхлипнула. Мы помолчали, проходя по длинной аллее. А я молился: «Господи! Упокой душу рабы твоей Инны! Спаси, сохрани и помилуй воина Илию и отрока Артемия! Господи! Пожалуйста, не лишай меня памяти. Очень хочу помнить все…» Периодически стало ныть сердце. Кардиологи развели руками. А ведь болит. Наверное, это болит душа. Вчера записывали интервью с известным человеком. Очень хотелось спросить, встретился ли он в жизни с Богом, понял ли эту встречу, как изменил свою жизнь. А ведь не спросил. А надо было. Иначе ничего не понять о человеке. Одна внешняя оболочка. - Папа! - снова спросил мой парень. - Я в школе поговорил. У нас только трое из класса ходят в храм и причащаются. Маша причащается. Но сказала, что не понимает, зачем это нужно. Я остановился. Ирина с Тимуром деликатно стали в стороне. - Сынок! Жизнь наша - как длинная дорога. Храм, молитвы, исповедь и причастие нужны, чтобы не заблудиться. Сложно объясняю? - Нет, - покачал головой Артем. - Если человек заблудится, он не станет ангелом. - Знает только Господь, - сказал я, и мы пошли дальше. Слава Богу за всё! Священник Игорь Сильченков. Крым.