– Катя, ты только не держи зла, – просила свекровь. – Олег счастлив с той женщиной. И у...
– Катя, ты только не держи зла, – просила свекровь. – Олег счастлив с той женщиной. И у них скоро будет ребенок «Перестань ему писать. У него теперь новая жизнь», – пришло сообщение. Никогда не думала, что можно всё перечеркнуть одной фоткой в мессенджере. На ней мой муж обнимал другую женщину на заснеженной улице. В тот момент я еще не знала, что прямо сейчас, пока я ревела, эта женщина носит под сердцем его ребенка, и он считает себя счастливым человеком. С Олегом мы знакомы со школы. Когда нам исполнилось по 20, мы расписались. Вместо пышной свадьбы мы после ЗАГСа пошли пешком через сквер к его матери. В руках у меня был букет из трех белых хризантем, а в его кармане – ключи от съёмной однокомнатной квартиры на втором этаже. Я была уверена, что мы вместе на всю жизнь. Потом родился наш первенец, Артём. Но спустя два года произошла беда. Олег влез в сомнительную историю, и его приговорили к четырем годам лишения свободы. Мне тогда исполнилось 24. Вся родня в один голос твердила: подавай на развод, ты молодая, вытянешь сына, найдешь нормального человека. Моя мать приезжала каждую субботу, садилась напротив меня и часами объясняла, что жизнь с человеком, имеющим судимость, превратится в постоянные мучения. Я слушала её и верила, что оступиться может каждый. Верила, что настоящая любовь проверяется именно такими испытаниями. Всякий раз, когда удавалось получить разрешение на свидание, я собирала передачу и ехала за сотню километров от дома. Четыре года прошли в режиме постоянной экономии и ожидания. В день его освобождения я стояла у проходной с пяти утра. Олег обнял меня тогда крепко, и мы пошли к автобусной остановке. Дома нас ждал накрытый стол. Нам казалось, что всё плохое уже позади, что мы выплатили свой долг перед судьбой и теперь начнем строить нормальную, спокойную жизнь. Через полтора года у нас родилась дочка, София. Первое время после освобождения Олег действительно старался. Устроился на стройку, потом перешел в транспортную компанию. Мы постепенно обставляли квартиру, купили диван, заменили старые окна. Но со временем у него появилась привычка задерживаться после смены. Всё началось с одной бутылки по пятницам, а спустя полгода вечера без алкоголя стали редким исключением. На мои замечания он реагировал раздраженно. Говорил, что устает на работе, что ему нужно снимать напряжение, что я не понимаю, как тяжело даётся каждый рубль. Я пыталась с ним разговаривать. Укладывала детей спать, выходила на кухню, где он сидел перед экраном телефона, и просила его подумать о здоровье и о детях. Он соглашался, обещал взять себя в руки, но на следующий день история повторялась. 🤦🏾♀️🤦🏾♀️ А потом всплыли его старые большие долги. Оказалось, что перед самым заключением в места лишения свободы он набрал займов под огромные проценты, о которых я даже не догадывалась. За годы его отсутствия сумма вместе со штрафами выросла до огромных размеров. Карта Олега оказалась заблокированной, с моей зарплаты тоже начали удерживать часть средств по исполнительным листам. В один из вечеров Олег пришел домой раньше обычного. Он прошел на кухню, где я чистила картошку для ужина, и положил на стол бумагу…