— Ага! Попалась, вертихвостка! — взвизгнула бабуля, хватаясь за сердце. — Я так и знала!
— Ага! Попалась, вертихвостка! — взвизгнула бабуля, хватаясь за сердце. — Я так и знала! ........... В эпоху моей студенческой аскезы я представляла собой эталонную комсомолку: зубрила конспекты, не поднимала глаз от пола и являла собой образец послушания для всей родословной. Алкоголь, кавалеры и прочие атрибуты разгульной молодости находились под строжайшим табу. Семейный кодекс чести базировался на бессмертном лозунге одного усатого теоретика о том, что грызть гранит науки нужно до полного истощения эмали. О моих железобетонных моральных принципах был осведомлен весь институт, поэтому парни обходили меня стороной, опасаясь превратиться в соляные столбы. Единственным бонусом моего положения была крошечная дача на окраине каменных джунглей мегаполиса, где гнездился мой университет. Предки редко баловали меня своим присутствием, но если уж наносили визит, то устраивали обыск с пристрастием похлеще таможни. Чемпионкой по внезапным рейдам считалась бабуля, которой ничего не стоило пересесть на три маршрутки и электричку лишь ради того, чтобы застукать внучку за поеданием чипсов после полуночи. Как-то раз одногруппник Витька слезно умолил меня приютить его пернатого квартиранта — волнистого попугая-гангстера по кличке Гоша. Лазоревое недоразумение десантировалось ко мне на неделю, пока хозяин навещал предков в деревне. Мы с Гогой быстро нашли общий язык, хотя птица несла на себе четкий отпечаток прошлой жизни у студента-холостяка. Клетка? Нет, не слышали. Пернатый гулял сам по себе, считая себя венцом творения и полноправным хозяином жилплощади. Стоило кому-то переступить порог, как этот синий комок наглости бесшумно пикировал на плечо гостю и басом портового грузчика предлагал «дернуть по соточке» или обсудить прелести соседской блондинки. Когда Гоша поселился у меня, он регулярно вставлял свои пять копеек в мои телефонные отчеты перед семьей. Мои аргументы о том, что это голосит Витин питомец, разбивались о стену глухого недоверия. Родственникам надоело слушать эти сказки Шахерезады, и они снарядили карательную экспедицию. Бабуля прибыла в пятницу вечером, выбрав идеальное время для засады. Она прошерстила каждый угол, заглянула даже в духовку, но подозреваемый залег на дно. Птица словно сквозь землю провалилась, лишив меня возможности сдать главного свидетеля обвинения. Выслушав получасовую лекцию о падении нравов современной молодежи и выпив чашку чая, бабушка уже натягивала калоши, собираясь восвояси. И тут из коридора раздался зычный глас пернатого искусителя: «Пойдем, покурим, а?» — Ага! Попалась, вертихвостка! — взвизгнула бабуля, хватаясь за сердце. — Я так и знала! С грацией раненого носорога она бросилась прочесывать тридцатиметровую дачу в поисках бородатого байкера, который, по ее логике, должен был прятаться за шторой или выглядывать из-под ванны. Я же тихо сползала по стенке, пытаясь задавить приступ истерики. Спустя десять минут бесплодных поисков, осознав, что никакого мужика в трусах в квартире нет, расстроенная следовательница снова потянулась к выходу. Но шоу должно продолжаться. Собрав остатки птичьего аристократизма, Гоша спланировал прямо на бабушкино плечо и голосом сладкого павлина пропел: «Мадам, позвольте предложить вам кружечку чайку?» Бабуля замерла, выпучив глаза. Медленно повернув голову, она встретилась взглядом с голубым нахалом. Сначала наступила звенящая тишина, а затем стены подъезда задрожали от гомерического хохота почтенной пенсионерки. Сцена один в один напоминала знакомство Фрекен Бок с лучшим в мире укротителем домомучительниц. Так старшее поколение лично познакомилось с главным источником разврата. А Гоша, успешно сдав экзамен на профпригодность, перекочевал к нам на ПМЖ. Теперь он официально числится третьим членом нашей ячейки общества, пугает курьеров доставкой пиццы и дает бесплатные уроки пикапа всем нашим гостям. Пожалуйста, поделитесь этим шедевром в соцсетях и ткните в кнопку одобрения.