📖ПУТЕВОЙ ДНЕВНИК. ТАНЗАНИЯ. КИЛИМАНДЖАРО. 05.10.2026. ЛАГЕРЬ МАЧАМЕ, 2835 м.
📖ПУТЕВОЙ ДНЕВНИК. ТАНЗАНИЯ. КИЛИМАНДЖАРО. 05.10.2026. ЛАГЕРЬ МАЧАМЕ, 2835 м. Удивительно, на что способен хороший сервис на высоте трёх тысяч метров.К ужину нам подали картофель по-деревенски, жареную курицу, салат из свежих овощей и знаменитые африканские авокадо-гиганты.И всё это гастрономическое великолепие сопровождалось беспардонным многоголосьем джунглей.Снаружи доносились наивкуснейшие, ни с чем не сравнимые ароматы. В них переплетались будто терпкие нотки дёгтя,сырость земли, дурман дикой зелени и свежесть морозного горного воздуха. Я пыталась различить каждый из этих запахов по отдельности.Казалось,все мои обонятельные рецепторы разом ожили,чтобы сполна нанюхаться всей этой симфонии ароматов, круживших вокруг меня.Ох уж этот запах. Его невозможно спутать ни с одним другим запахом на свете. И это ещё одна причина, ради которой я готова рисковать жизнью в горах. Над нашей палаткой-кухней одна за другой зажигались звёзды, постепенно заполняя скучное тёмное пространство. Мы с Денисом переглянулись и невольно заулыбались. Вся наша недавняя размолвка показалась такой до мелочи пустяковой; этот удивительный, романтический вечер помирил нас. Сытный ужин сгинул за каких-то десять минут. Не успели мы отложить вилки, как в палатку заглянул Эмануэль, наш заботливый усатый нянь, наш любимый гид, с набором стандартных вопросов из учебника по этикету. Как мы себя чувствуем? Понравился ли ужин? Всё ли нас устраивает? В руках у Эмануэля мы заметили пульсоксиметр, таблетки и лист медицинского наблюдения. В нём чёрным по белому значились наши имена-Денис и Алёна, а рядом тянулись столбцы с медицинскими показателями: насыщение крови кислородом, частота пульса и наша субъективная оценка собственного состояния по десятибалльной шкале.Все показатели оказались в пределах нормы, а своё самочувствие мы дружно оценили на твёрдую десятку. Правда, я немного слукавила. В висках уже тарабанила отвратильная боль. Моя склонность к горной болезни преследует меня с одержимым постоянством. Стоит только забраться чуть выше двух с половиной тысяч метров-и вуаля: моя голова превращается в бомбу замедленного действия, «тик-так, тик-так» мучительно молотит по вискам.В такие минуты мне хочется биться головой о стенку, лишь бы хоть ненадолго унять эту садистскую боль.И сколько бы раз я ни оказывалась в горах, мой организм бастует, просит спустить его немедленно вниз, отказываясь привыкать к высоте. Моя душа рвётся в горы, а тело всякий раз пытается убедить её в обратном.Вдобавок ко всему меня одолела тоска по нашим с Денисом одиночным походам. Конечно, здесь всё было безукоризненно: нас опекали, кормили, обхаживали, словно высокопоставленных особ. Казалось бы, живи да не брызжи. Но мы с Денисом-дикари по натуре, закоренелые одиночки, для которых отсутствие человеческого общества сродни роскоши. Мы привыкли к уединению, к первозданной тишине.И сейчас, посреди этой многолюдной палаточной коммуналки, я вдруг с необычайной остротой почувствовала, как мне всего этого недостаёт. Эмануэль выдал нам по половинке таблетки «Диамокса» от горной болезни, которые мы с Денисом тут же проглотили. Наш верный друг, обладал удивительной чуткостью, видимо, уловил моё упадническое настроение. Незадолго до сна он появился в нашей палатке еще раз с двумя плюшевыми кроликами, в брюшках которых прятались самые обыкновенные советские грелки. От этой трогательной заботы мне стало немного совестно за собственное «принцессное» брюзжание. Эмануэль пожелал нам спокойной ночи и настоятельно посоветовал не засиживаться допоздна. Завтра предстоял долгий, затяжной подъём к лагерю Шира, расположенному на высоте 3750 метров.Нас ждали новые испытания, и моя многострадальная башка, пардонте, кажется, уже догадывалась об этом.