Погода с утра стояла мерзкая, но не злая: не холод, не ветер, а мелкий тёплый дождик, о...
Погода с утра стояла мерзкая, но не злая: не холод, не ветер, а мелкий тёплый дождик, от которого плащи сыреют, волосы липнут ко лбу, а грязь под ногами делается скользкой, как мыло. Небо серое-серое, будто его золой замазали, и весь Яровец под ним как нахохлившийся ворон. Людей за ночь ещё прибыло. Я думал вчера, что уж теснее быть не может, а вышло - может, да ещё как! Двор занят, сараи заняты, под навесами люди спят чуть не вповалку, а новые всё подходят - по одному, по двое, малыми кучками. Кони парят, дети хнычут, бабы сушат что могут, мужики спорят так, будто от их глоток уже прямо сейчас что-то решается. Где ни стань - везде разговоры про завтрашнее вече. У печей одни твердят, что Ярко (https://vk.ru/id894209847) свой, молодой и за ним правда. Под навесами другие бурчат, что земле после смуты нужен не отрок, а зрелый кнеж, чтоб кулаком ударил - и все сразу поняли. А за частоколом я слыхал и таких, кто Мстислава поминает не только лихом: мол, злой был, да сильный, а после сильного земля рассыплется, ежли некому её собрать. И от таких разговоров делается неуютно. Ко мне нынче тоже подходили. Не толпой, а по нескольку человек: то старики, то двое-трое степенных мужей, которые сперва мнутся, а потом всё ж спрашивают, как бы я рассудил. А что мне им говорить? Я и говорил одно и то же: не ищите чужой силы, выбирайте того, кто удержит землю по правде. Не того, кто громче всех орёт, а того, за кем народ не со страху пойдёт, а по совести. Ещё меня допытывали про благословенные земли. Ну, про те, куда когда-то Первослав людей увёл и где теперь живем мы, россы. Старики морщились: мол, нам в родной Ужаве кости класть, нечего по чужим краям скитаться. А молодые слушали так, будто уже на коней садятся и в даль глядят. Один так и сказал: пора искать новую долю. А я ответил, что благословенные земли - не сказка с мёдом по берегам, там тоже труд и цена, которую не всякий захочет платить. Ну и, вестимо, опять меня на престол толкали. Уж не знаю, что у них в головах делается, но смотрят всерьёз и ждут, что я возьму да соглашусь. Я снова сказал, что не за этим сюда пришёл и что чужую землю брать себе не хочу, когда у неё есть свой род и своё право. Некоторые кивали, а некоторые, видать, думали: ага, это он для важности ломается. Вот уж дудки! Чадобор с Богумиром крутились с утра до вечера, будто у них не по две ноги, а по четыре. То с одними старшинами шепчутся, то с другими спорят, то место под вече обходят. Внутри острога помост деревянный начали ставить, чтоб говорящих всем видно было. Сбоку возвышение с лавками готовят - для знатных борусков и старейшин. Я слыхал краем уха, как они рядили, кто откроет вече, кто первым скажет слово, где встанут свидетели старого права. Чадобор от этого сделался ещё суровее обычного, а Богумир будто тише, но в той тишине у него силы поболе, чем в ином крике. Властояр с Кандзо тоже не сидят сложа руки. Борьсеки весь день шастали по тёмным углам, где всякая пакость любит прятаться. Чужаков вооружённых без пригляда не пускали, на костры и пламенники поглядывали пристально, чтоб никто под шумок не устроил поджог или ещё какую подлость. К вечеру Властояр велел стражу удвоить. Сказал: "Ночь перед вечем - самая гнилая". Ярко весь день был сам не свой. То загорится, то сникнет. С утра видал его с матерью - о чём-то тихо говорили у стены под навесом. Потом он с Миленой возился, даже засмеялся разок. Но стоило кому-нибудь при нём про вече заговорить, он сразу делался будто натянутая тетива. Я ему сказал, чтоб по людям не бегал, а то это выглядит, будто он себе голоса выпрашивает. Он сперва огрызнулся, а потом кивнул. А под вечер пошёл слух: мол, Мстислав ещё вернётся. Будто у него в Маарду есть свои людишки, и он приведёт их обратно, и тогда, мол, во власти нужен не мальчишка, а железный кнеж-воин, который всех в кулаке удержит. Не знаю, кто это первым ляпнул, но слух пополз быстро. Санко Личная страничка княжича Олешки в ВК: https://vk.com/oleshka2024