Просыпаться с утра так не хотелось. Я будто предчувствовал, что все пойдет наперекосяк.
Просыпаться с утра так не хотелось. Я будто предчувствовал, что все пойдет наперекосяк. С рассвета на лес навалился такой туман, что вытянутой руки не видать. Вязкий, белый, как скисшее молоко. Мороз вроде отпустил, но от этой сырости пробирало еще злее, чем вчера. Всё сырое, вязкое. Широ морщился, когда натягивал сапог. Нога ноет, хоть и лучше. Хирото тоже еще не до конца оклемался. Мы выехали с острова рано, двигались осторожно. Впереди Кандзо с разведчиком, потом мы все кучей, а сзади Властояр. В лесу было тихо. Настолько тихо, что цокот копыт казался грохотом. Чем дальше, тем гуще становился туман. Деревья стояли серой стеной. Вчерашняя метель замела все следы - и не разберёшь, проходил ли тут кто-то, ждёт ли за поворотом. Властояр стал чаще высылать людей вперёд. Не нравилась ему такая тишина. Там, где тропа спускалась к балке, он отправил вперед Юдзи - полверсты пройти, глянуть, нет ли там никого, и скорее вернуться. Юдзи кивнул и исчез в тумане. А мы остались ждать. ...Срок вышел, а Юдзи не вернулся. Властояр подождал ещё немного. Сказал тихо: «Ждать некогда. Идем вперед». И выслал вперед авангард - Кандзо и еще двух борьсеков, которые, если что, сразу должны были поднять тревогу. Мы поехали следом. Шагом. Вдруг Буран остановился и тихо зарычал в сторону балки. У меня аж сердце упало. А Ярко (https://vk.ru/id894209847) сжал поводья так, что костяшки побелели. Руман (https://vk.ru/id782534362) потом признался: «Тишина стала вязкой». Но тут показался Кандзо вернулся. С каменным лицом. Сказал, что на тропе снег сбит, видно, что была короткая схватка. Он показал это место: снег вытоптан. Санко (https://vk.ru/id1029851985) сразу углядел следы, ведущие вниз по склону, а я в кустах нашел ремень Юдзи - то ли потерял, то ли нарочно бросил. По всему видно, что его подстерегли и захватили. Кандзо объяснил: конских следов нет, значит, это был пеший дозор. И что делать? Мы стали держать совет. Властояр настаивал, что он со своими людьми обязан выручить товарища. Воевода был сам не свой - ведь это его человек, они вместе не один год. Сказал, что ни шагу дальше не сделаем, пока не найдем парня. Ярко аж затрясся от злости. Стал кричать, что время уходит, что люди Мстислава уже, небось, к его дому подходят, и если мы застрянем в этом тумане, то всё зря - не видать ему ни матери, ни сестер живыми. "Мы своих не бросаем!" - ответил Властояр и так на него глянул, что я думал, за меч схватится. "Если мы тут будем торчать, спасать будет некого!" - не сдавался Ярко. Они стояли друг против друга, и, казалось, сейчас между ними засверкают молнии. Санко стоял рядом с отцом и молчал. Но я видел, на чьей он стороне. Я понял, что если сейчас не вмешаюсь, они разругаются вдрызг и отряд просто рассыплется. Сердце у меня колотилось где-то в горле. Но я сказал: "Хватит! Властояр прав, своих бросать нельзя, иначе какая мы дружина? Но и Ярко прав - нам нельзя терять время". И решил так: Кандзо с двумя борьсеками пойдут по следу похитителей и попробуют отбить Юдзи. Ратша полетит с ними - будет их глазами. Но в драку чтоб не ввязывались, если увидят, что силы не равны. А мы пойдем дальше. - Если они не вернутся к сроку, это будет мой грех, Властояр, не твой. Я так решил, - сказал я. Потом договорились, где встретимся. Богумир вспомнил, что неподалеку, на притоке Чуни, есть старая заброшенная водяная мельница. Сказал, что там можно укрыться и дождаться разведчиков. Место глухое. Я сказал Кандзо, что мы будем их ждать там до следующего утра. Если не успеют - пойдем дальше. Властояр согласился, но сквозь зубы. Молвил: «Слово княжича - закон». Ярко вроде и выдохнул с облегчением, но на Кандзо, когда тот уходил в туман, старался не смотреть. Видно было, что и ему муторно. До мельницы добирались как в дурном сне. Она показалась из тумана внезапно: обледенелая крыша, покосившееся колесо. Но зато - крыша и стены. Лошадей завели в сарай. Сами сидим у