Утро началось с загвоздки: на чем поедет Богумир? Ведь своего коня у него нет. Я предло...
Утро началось с загвоздки: на чем поедет Богумир? Ведь своего коня у него нет. Я предложил отдать ему Бурнака, а его поклажу распределить между всеми. Но Богумир заявил, что пойдет пешком. Сказал, что ему так привычнее и он нас не задержит. Я сразу вспомнил нашу самую первую встречу с ним в Лихоборье. Он тогда тоже шел пешком с дружиной Мстислава. Вот и сейчас так же. Вышли еще до рассвета, так решил Властояр. Огонь в пещере затушили, следы у входа почти сразу заровняло свежим снегом. Погода стала совсем скверной. Снег валил густой, тяжелый, липкий, лез прямо в глаза. Ветер дул порывами, пробирая до костей. Руман (https://vk.ru/id782534362), южанин, все время ежился, а потом тихо сказал: "Сегодня лес давит". Богумир повел нас не напрямик, а в обход наезженных троп - через буреломы и буераки, замерзшие болота и ручьи. Все время приходилось спешиваться и вести коней в поводу. Ярко (https://vk.ru/id894209847) всю дорогу молчал. Ехал, сжав зубы, и то и дело дергал поводья. Я видел, как он изводится из-за того, что мы петляем и теряем время. Боится, что люди Мстислава доберутся до его родных раньше нас. Я очень хотел его как-то подбодрить, но нужных слов не находилось. Однажды Богумир вдруг остановился. Подошел к толстой старой ели и долго смотрел на кору. Я тоже подошел поближе. На стволе виднелись свежие затесы. Богумир провел пальцами по шершавому срезу, нахмурился и сказал: "Лес ослепили". И объяснил, что раньше тут были знаки вольхов. У меня холодок по спине пробежал. Хоть и так было холодно. Значит, кто-то прошел здесь до нас. Тот, кто точно знал, как оборвать Богумиру связь с лесом. Властояр велел Ратше осмотреться. Тот слез с коня, достал из-за пазухи заветное перо и ушел в кусты - ну, не любит он на людях оборачиваться. А из кустов уж вороненок взмыл в небо. Богумир подивился. Он-то про нашего оборотя-то не знал. А Ратша уж в небо взмыл и в черную точку превратился. А мы ждали. Буран порой тихо рычал на чащу. Ратша вернулся довольно скоро. Он тяжело дышал, видно было, что летел изо всех сил. Сказал, что видел цепочку всадников на соседнем болоте. А еще какие-то черные точки двигались выше по реке. По всему - нас обкладывают. Словно волков на загонной охоте. Потому Богумир решил идти прямо через болото. А лед на болотах зимой коварен. Снег прикрывает промоины. Мы шли гуськом, коней вели в поводу, как вдруг раздался треск и вскрик. Борьсек по имени Широ оступился. Лед под ним проломился, и он ухнул ногой в черную ледяную жижу. Вытащили его быстро, но портки и сапог промокли насквозь. На морозе - верная беда. Властояр только рявкнул: "Ходу! Не стоять! Широ, бегом за конем!". Ему нужно было постоянно двигаться, чтобы хоть немного согреться. Потом снова зашли в лес, а после него вышли к широкой реке. Лед там был голый, выметенный ветром, мутный и страшный. Кони захрапели. Бурнак заупрямился, закрутил головой и попятился назад, натягивая повод. Под его тяжелыми копытами лед гулко ухнул и затрещал. Я испугался, что мерин сейчас запаникует, забьется и провалится вместе со всей нашей поклажей. И тут Руман запел. Затянул какую-то тягучую, странную песню на своем, на куштском языке. Звучало это посреди ледяной реки чудно. Он потом объяснил, что тятя его такой песней велбудов караванных успокаивает, когда они волноваться начинают. И верно: Бурнак прянул ушами, перестал пятиться, тяжело вздохнул и пошел след в след за остальными. К вечеру мы вконец вымотались. Нашли большой остров посреди топи, густо заросший ельником. Снег все не унимался. Властояр сказал, что костер разводить нельзя - увидят. А Богумир покачал головой: без огня Широ и остальные околеют, до утра никто не встанет. Я подумал, посмотрел на дрожащего Широ и встал на сторону Богумира. Риск велик, но если замерзнем насмерть, то и прятаться больше не придется. Расставили палатки, натянули между деревьев запасные плащи так, чтобы закрыть очаг со всех сторон. В такую