Журналист Олег Кашин (в реестре иноагентов в РФ) о том, почему убеждения Путина о единс...
Журналист Олег Кашин (в реестре иноагентов в РФ) о том, почему убеждения Путина о единстве русских и украинцев мешают заключить мир: Типичный, хорошо знакомый и по утечкам из Анкориджа, и по встречам со спецпосланниками, и по публичным разговорам, как с Такером Карлсоном, сценарий: от Путина ждут конкретики, а он начинает про Ленина, про Киевскую Русь и про печенегов. Американский собеседник утирает пот со лба — что за бред, при чем тут это. Но на самом деле это и есть конкретика, вот эти генетические исследования — да, именно они и составляют причину войны, и именно ради них все и делается. Как быть с путинским иррациональным? Чем можно передавить его веру в генетические исследования, какой аргумент может переубедить его? Может быть, нужно закопаться в архивах, найти грамоту двенадцатого века о принадлежности Москвы киевским князьям, доказать, что решения Переяславской рады нелегитимны, найти нестыковки в работах Ленина по советскому федерализму? Держа Путина за руку, спокойным голосом объяснить ему, что да, вы с украинцами один народ, но они главнее, и с этим ничего не поделаешь, но можно постараться уговорить Зеленского закрыть глаза на вновь обнаруженные документы и не требовать вернуть ему Москву и Подмосковье? Или найти специалиста-генетика, который докажет ему, что любое соприкосновение с украинцем для русского смертельно опасно, и если хочешь спасти Россию, надо как можно тщательнее изолироваться от Украины? Можно ведь попробовать разговаривать с опасным сумасшедшим на его языке — лечению это, наверное, не поможет, но, по крайней мере, он на тебя не бросится, а если повезет, то изменится характер мании. Вдруг есть такое волшебное слово, которое переключит путинскую обсессию, и он так же навязчиво будет говорить — мы два разных народа, мы несовместимы, нам надо держаться друг от друга подальше, их земля нам не нужна, от нее один вред. Тоже, может быть, утопия, но сейчас кажется — более реалистичная, чем тот мирный план, на который ссылаются The Economist и «Агентство».