2
2 Нине было жалко для отца куличей, и она этого не скрывала. Она могла скормить их собаке, отдать нищему, но только не отцу. Он развёлся с её матерью десять лет назад, и простить ему это она не могла. Обида на него занозой вошла в её сердце, и вынимать её она не хотела. Ей нравилось это состояние: намеренно она поливала её из лейки, желая, чтобы та проросла и пустила корни. — Я к папе уйду-у! — заявила Сашенька. — Я не буду с тобой больше жить. — Как уйдёшь, так и назад придёшь. Ты уже ни раз к нему уходила. Ему как раз нянька нужна. Будешь памперсы менять его любимой дочке, а я посмотрю, насколько тебя хватит. Сашенька представила эту картину и брезгливо сморщилась. Менять памперсы у ребёнка, которого отец любит сильнее, чем её, она не хотела. — Иди уроки учи. Завтра Пасха — не до уроков будет. В церковь сходим, а потом к бабе Зине на пого́ст. Куличик ей отнесём. — А зачем ей кулич? Она же на небесах. — Так положено — традиция такая. — Лучше бы деда чаем напоили, — с обидой в голосе сказала дочь. — Ему бы приятно было. — Перебьётся. Я не для него куличи пекла. Дочка встала. Ноги онемели, и она, пошатываясь, пошла в свою комнату. Мать окликнула её: — Телефон мне оставь. Пока уроки не сделаешь — не возьмёшь. Поняла? Дочка молча кивнула, а потом отдала матери телефон. Она торопливо прочитала параграф в учебнике «Окружающий мир»; решила домашнюю работу по математике; открыла тетрадку по русскому языку и уже собралась выполнить задание, но её сердце вдруг ёкнуло, и она вспомнила про деда. — Позвонить! Срочно надо позвонить! — подумала она и хотела уже выйти из комнаты, как в квартиру настойчиво постучали. От этого стука по телу девочки побежали мурашки. Нина подошла к двери, посмотрела в глазок, но не решилась открыть. У порога стояла незнакомая женщина. — Кто там? — Нин, это я Лариса! Открой. — Ты?! — открыв дверь, удивлённо воскликнула Нина, увидев свою младшую сестру. — Богатой будешь! Я тебя в новой куртке не признала. Сестра вошла. По её лицу было видно, что что-то произошло. — Ларис! Ты с Михой, что ли, поссорилась? — задала вопрос Нина. — На тебе лица нет. Сестра с трудом выдавила из себя: — Папы не стало... — Какого ещё папы? — Нашего. — Не выдумывай. Он час назад к нам приходил: Сашке телефон подарил. Думал, я его из-за телефона на руках носить буду, но ты же меня знаешь: я его быстро выпроводила, — с усмешкой проговорила Нина, довольная собой. — Папы больше нет... Сашенька выглянула из своей комнаты. Поздоровавшись с тётей, радостно сообщила: — А мне деда Петя телефон подарил! — она взглянула на мать и, ожидая подтверждения, спросила: — Да ведь, мам?! — Да! — Деда больше нет, Сашенька... — сообщила тётя. — Он к себе домой пошёл. Я знаю, — подтвердила племянница, ещё не понимая, о чём идёт речь. — Сейчас уроки сделаю и ему позвоню. — Нет, Сашенька, — Лариса обняла племяшку и прижала к себе, — дедушка твой улетел на небо. Небеса его приютили. — Как это улетел? На самолёте? — задала вопрос девочка, всё ещё не осознавая произошедшего. — Можно и так сказать. Твой дед — Ангел. — Не-е-эт!.. — заверещала племянница. — Это неправда-а! Я тебе не верю! Дедушка жив! Но тётя молчала. — Он не мог так уйти, — в раздумьях произнесла Нина. — Я же его не простила. — А он тебя простил. Мне врач передал его последние слова: «Ниночке передайте, что я зла на неё не держу». © 16.04.2023 Елена Халдина, фото автора Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны #рассказы