Если пациент говорит: "Я не могу плакать", "Я всё время сдерживаюсь, чтобы не расплакат... — 10 сентября 2026 г. в 06:27:39.539
Если пациент говорит: "Я не могу плакать", "Я всё время сдерживаюсь, чтобы не расплакаться" — это вовсе не означает запрет на слабость. Иногда за невозможностью плакать стоит гораздо более ранний опыт: когда-то плач был состоянием, из которого ребёнка некому было вывести. Младенец ещё не умеет самостоятельно перерабатывать сильную тревогу. Ему нужен объект, способный выдержать его возбуждение, страх, отчаяние, вернуть переживание в более переносимой форме. В бионовских терминах, нужен контейнер. Постепенно эта функция интернализируется: то, что сначала делала мать или другой заботящийся взрослый, психика понемногу учится делать сама. Но если ребёнка мало успокаивали, если на его плач отвечали раздражением, отсутствием, требованием "прекрати", или взрослый сам становился настолько тревожным, что успокаивать приходилось уже его, возникает другая задача: не прожить чувство, а как можно скорее его остановить. Тогда слёзы могут переживаться не как облегчение, а как опасность. Потому что плакать означает войти в состояние, из которого когда-то приходилось выбираться самому. И пациент говорит: "Если я начну, я не остановлюсь". Это очень важная фраза. Он боится не самих слёз. Он боится остаться один внутри собственного плача. Поэтому иногда человек, который "прекрасно держит себя в руках", действительно слишком рано научился держать себя сам. И одна из задач анализа здесь не в том, чтобы наконец заставить пациента заплакать. А в том, чтобы постепенно появился опыт: моё переживание может быть выдержано другим, и мне не обязательно прекращать чувствовать, чтобы сохранить себя. Иногда возможность плакать появляется только после того, как появляется тот, рядом с кем уже не нужно немедленно себя успокаивать.