н удобен тем, что под него можно подвести любое ужесточение. — 19 марта 2026 г. в 13:39:58.490
н удобен тем, что под него можно подвести любое ужесточение. Но ускорение в марте похоже на политическое решение. Telegram стал центральной площадкой для новостей, слухов, утечек, военной и околовоенной информации, региональной повестки и неформальной общественной самоорганизации. Это инфраструктура доверия, которая не принадлежит государству. Парадокс в том, что Telegram давно стал важен и для самой системы, включая фронтовую коммуникацию и военные сообщества. Поэтому борьба с ним выглядит как конфликт двух инстинктов государства. Инстинкта контроля и инстинкта практической пользы. В марте победил первый. Иранский сценарий не про один мессенджер. Он про архитектуру, где связь перестает быть правом и становится услугой по допуску. Где можно не запрещать напрямую, а просто выключать неудобное в нужный момент и включать обратно, когда риск прошел. Где не надо убеждать. Достаточно ограничить. Блокировка Telegram в марте показала, что Россия подходит к черте, за которой интернет перестает быть пространством свободы даже в техническом смысле. Он становится управляемой средой с правилами доступа, с фильтрами на уровне сетей, с белыми списками, с возможностью быстро выдавливать любые неподконтрольные платформы. Для общества это означает простую вещь. Дальше будут блокировать не только то, что запрещено, но и то, что не контролируется. И чем привычнее станет жизнь в режиме частичной доступности, тем легче будет сделать следующий шаг. Уже не к замедлению, а к закрытому интернету как норме. Чебурнету, над которым еще недавно смеялись. Епанчинцев в Макс