ПОТАНЦУЕМ?
ПОТАНЦУЕМ? — Мне бы пиджак, в котором можно поднять руки. — Вы дирижёр? — Пока неизвестно. Жена записала нас на танцы. В четверг выяснится, на что я способен. Мужчина снял кепку и аккуратно положил её на стойку проката. Из кармана достал листок: «Тёмные брюки, светлая рубашка, удобная обувь». — Пиджака тут нет, — заметила хозяйка студии Алла. — А он нужен. Я в рубашке на завхоза похож. Всю жизнь проработал завхозом, хватит. Алла принесла тёмно-серый пиджак. Мужчина надел его, поднял локти и осторожно повернулся. — Если я ей на ногу наступлю, это прокатный случай? — Обувь жены мы не страхуем. Он впервые улыбнулся. Звали его Виктор Петрович. На пенсию он вышел осенью и за три недели починил дома всё, включая то, что, по мнению жены, прекрасно работало. — Она теперь, когда я отвёртку беру, спрашивает: «Может, ты лучше приляжешь?» А потом жена принесла из районного клуба расписание. По четвергам там учили танцевать. Виктор Петрович сказал, что у него колено. Жена напомнила, как в воскресенье он полтора часа лазил по стремянке. — Неудачно получилось, — признал он. Пиджак сел хорошо. Но, узнав цену за сутки, Виктор Петрович попросил отложить его до завтра. — Сначала разведку проведу. Вдруг там все спортивные. На следующий день он появился с женщиной в расстёгнутой куртке. Она несла пакет со сменными туфлями и смотрела на мужа с подозрением. — Витя, какая ещё примерка? Ты же сказал, в хозяйственный зайдём. — Зайдём. Тут рядом. Алла сняла пиджак с плечиков. — Для танцев? — Для общего развития, — отрезал Виктор Петрович. Жена присела на стул, не снимая куртки. Пока он переодевался, Алла предложила ей посмотреть платья. — Спасибо. У меня есть. — А это просто примерить. Очень хороший зелёный. Женщина потрогала рукав, но тут же убрала руку. — Мне не надо. Я там только Витю познакомлю и уйду. Из-за шторки высунулась седая голова. — Куда уйдёшь? — Домой. Тебе же скучно. Там мужчины есть, шахматы после занятий. — Какие шахматы, Галя? Я для чего руки поднимал? Галина отвернулась к вешалке. — Ну что ты начинаешь. Я теперь быстро путаюсь. На видео посмотрела — все легко, а я даже за поворотом не успеваю. Виктор Петрович вышел, застёгивая пиджак не на ту пуговицу. — Ты же раньше любила. — Раньше и туфли другие носила. Он помолчал. — А я думал, ты со мной хочешь. Алла поправила застёжку. Потом сняла зелёное платье и протянула Галине. — Тут юбка свободная. Попробуйте со своими туфлями. Только пакет с пола уберите, я уже дважды в него вступила. Пока Галина переодевалась, муж тихо спросил: — А два наряда сколько? Алла посчитала. Он достал деньги, пересчитал и убрал одну купюру обратно. — Тогда без пиджака. Рубашку дома поглажу. Галина вышла в зелёном платье и своих невысоких туфлях. Поправила волосы, посмотрела в зеркало сначала прямо, потом боком. — Не слишком? — Что? — Нарядно. — Галя, я тебя в хозяйственный уже сводил. Можно теперь и нарядно. На следующий день платье вернули вдвоём. Виктор Петрович нёс чехол, Галина — пакет с туфлями. — Ну как? — спросила Алла. — Он всё время считал вслух. — Потому что ты торопилась. — А ты говорил «раз» два раза подряд. Алла проверила платье. На подоле зацепок не было, молния работала. — На следующий четверг оставлять? — Пока нет, — сказала Галина. — У меня дома бордовое висит. Я думала, оно мне уже ни к чему. Вчера достала. Они пошли к выходу. У двери Виктор Петрович взял у жены пакет и подал ей руку. — Здесь-то зачем? — спросила она. — Тренируюсь. Галина вложила ладонь в его ладонь. — Только молча, Витя. Здесь я сама умею.