В Непале я познакомилась с очень классным учителем по йоге. Таким, что мне даже захотел...
В Непале я познакомилась с очень классным учителем по йоге. Таким, что мне даже захотелось пройти у него тичерс. А началось все с простой фразы, которую он говорил во время шавасаны: surrender to the mat. Что можно было бы перевести как «отдайтесь коврику полностью» или даже лучше «сдайтесь коврику». И я вспомнила, что долгое время вообще считала шавасану потерей времени. Ну, типа лежишь, ничего не делаешь, просто ждешь, пока закончится. Тогда мне казалось, что лучше сделать еще асаны, что-то более «полезное». А потом оказалось, что это очень частая история. Многим проще двигаться, напрягаться, чем просто лечь и расслабиться. Сейчас я понимаю: шавасана — одна из самых сложных практик. Потому что она не про усилие. Она действительно про сдачу. И это вовсе не про «полежать». Это про состояние, в котором ничего не удерживается: ни мышцы, ни контроль, ни это вечное «я должна». Это момент, когда нервная система может переключиться из режима выживания в режим восстановления. А еще во время шавасаны происходит интеграция. По сути говоря, вся практика собирается именно во время шавасаны. Нервная система буквально «перепрошивает» связи, закрепляет новые паттерны, усваивает нагрузку. И вот здесь появляется самое сложное. Чтобы это случилось, нужно не мешать, не контролировать, не ускорять, не пытаться «сделать правильно». А это как раз то, к чему мы меньше всего привыкли. Поэтому в шавасане кто-то начинает ерзать, кто-то — думать, кто-то — просто засыпает. Потому что быть в полном расслаблении и не вмешиваться — на удивление трудно. И, возможно, именно поэтому шавасана — не завершение практики а её суть. А у вас как с этим? Было такое, что считали шавасану ерундой?)