Четырнадцатый день — часть 2
Четырнадцатый день — часть 2 Мы направились обратно к Pete. Шли по одной из главных улиц: вокруг — десятки бездомных, попадались и трансгендерные люди. Меня снова поразил контраст с сельской Америкой… Ещё я заметил, что чернокожие держались своими компаниями, мексиканцы — своими. Такое общество мне трудно назвать образцом для подражания: по моим ощущениям, следы сегрегации всё ещё видны. Парадоксально, но у меня сложилось впечатление, что настоящее единство в США есть, пожалуй, только в армии. И в какой-то степени даже социализм. Причём там это, кажется, неплохо работает. Мы взяли пиццу навынос и выпили у Pete коктейли — он отлично их готовит. Потом отправились на вокзал. По дороге несколько бездомных на нас орали: один — лёжа на тротуаре, другой — стоя посреди проезжей части с тележкой из супермаркета. На вокзале мы выпили по бокалу пива в ожидании поезда и попрощались уже хорошими друзьями. И всё-таки я был рад, что отпуск подходил к концу. Каждый день обходился дорого, спал я мало, а постоянные физические нагрузки давали о себе знать. Я чувствовал, что телу нужен отдых. В аэропорту меня ждало очередное приключение. Билеты я забронировал через Lufthansa, но сам рейс выполняла United Airlines. И вот её сотрудники потребовали, чтобы я снова заплатил 90 долларов за багаж. Минут двадцать я пытался разобраться в ситуации, по нескольку раз объясняя одно и то же. Меня отправили к сотрудникам Lufthansa, а те направили обратно в United Airlines… Потом мне сообщили, что чемодан зарегистрируют не до Toulouse, а только до Munich… Боже. Это был просто день сплошных экзаменационных заданий по английскому! Помню, как я стоял, ошеломлённый некомпетентностью сотрудников авиакомпаний, а в аэропорту в этот момент играла моя любимая песня John Denver — «Take Me Home, Country Roads». Уж очень кстати: «Отвези меня домой…» В конце концов справился, убедил их… Правда, лишь после нескольких звонков в службу поддержки. Паспортный контроль прошёл за пять секунд, без единого вопроса, и я направился на террасу, откуда можно было наблюдать за взлётами и посадками самолётов. Позже, уже в самолёте, смотрел The Office, South Park, The Simpsons… Подборка сериалов у них была отличная! В самолёте, к сожалению, был ещё один момент, который оставил у меня неприятное впечатление. Среди бортпроводников была Regina — на вид пятидесятилетний мужчина, очень высокий, крупный, мощного телосложения, в парике и женской форме, с макияжем, который показался мне вульгарным. Имя я прочитал на бейдже. Я предположил, что это трансгендер. Голос звучал для меня непривычно — словно мужчина пытался подражать женскому голосу, — а улыбка почему-то пугала и вызывала сильную неловкость. Казалось, окружающие американцы воспринимали всё совершенно спокойно, но у меня это вызвало резкое неприятие. Особенно меня смущало, что в самолёте было много детей, которые всё это видели. Я понимал, насколько моё восприятие отличается от реакции окружающих, но представить, что когда-нибудь смогу относиться к этому как к чему-то обычному, мне было трудно. И вот я снова в Германии. Попросил сотрудника подсказать, куда мне идти. Он не улыбался и явно не был рад моим вопросам. Да, это уже точно не Америка. Как же быстро я привык к приветливости и улыбкам! Ладно, для меня это привычно. Но американцы, впервые оказавшиеся в Европе, наверное, чувствуют этот контраст гораздо острее!