Ну, что друзья, с 1-м апреля, жизнь продолжается! — 1 апреля 2026 г. в 09:11:59.236
Ну, что друзья, с 1-м апреля, жизнь продолжается! Как вы знаете, с 1-ого апреля вводится много нового. Как сказал бы персонаж Булгакова из Мастера: «добрые люди» стараются, делают все возможное чтобы нам лучше правильнее жилось. И, по-моему, очень символично, что все это приурочено ко Дню смеха или Дню дурака, как кому больше нравится (лично мне кажется второе для нашей ситуации неплохо подходит). В романе Умберто Эко «Имя Розы» старый слепой монах (Хорхе) прячет опасную книгу — книгу, которая может стать оружием против морали и Церкви, он смачивает страницы книги ядом, чтобы каждый, кто станет читать её умирал. Спрятанная книга — предполагаемый второй том «Поэтики» Аристотеля, посвящённый комедии и смеху. По убеждению Хорхе, власть Церкви держится на страхе: страхе перед грехом, страхе перед смертью, страхе перед Богом. Смех же разрушает страх — он даёт человеку ощущение лёгкости и превосходства над ситуацией. Если Аристотель признаёт смех законной духовной практикой, то страх перед священным перестаёт быть безусловным. Советский философ Михаил Бахтин описал ровно ту структуру, которую Эко художественно воссоздаёт: в Средние века произошло разделение «официального мира» (высокая серьёзность, догма, иерархия) и «карнавального мира» (смех, пародия, перевёртывание ролей). Карнавальный смех опасен именно потому, что он релятивизирует — указывает на условность любой власти. Любая система, претендующая на абсолютную истину, должна подавлять смех — потому что смех по природе своей говорит: «А вдруг король голый? В другой замечательной книге («Мозг рассказывает. Что делает нас людьми») выдающийся нейробиолог Вилейанур Рамачандран предлагает оригинальную нейроэволюционную концепцию юмора, известную как «теория ложной тревоги» (False Alarm Theory). Смех возникает там, где напряжение сменяется расслаблением, а улыбка — это расслабленный оскал. Рамачандран полагает, что смех эволюционировал из звукового сигнала «ложная тревога» у наших предков-приматов. Когда животное в группе реагировало на возможную угрозу, а потом выяснялось, что угрозы нет, оно издавало характерный звук — своего рода «всё чисто, расслабьтесь». Этот сигнал имел огромную социальную ценность: предупреждал всю группу, что можно не тратить ресурсы на реакцию. Именно этим объясняются три характеристики смеха, которые иначе трудно объяснить: * Громкость и взрывной характер — сигнал должен быть слышен всей группе * Заразность — ценность сигнала растёт, если он распространяется стремительно * Непроизвольность — как и у большинства врождённых сигналов, смех плохо поддаётся сознательному контролю Для понимания природы смеха Рамачандран считает особенно важным явлением - щекотку. Щекотка воспроизводит ровно ту схему, что лежит в основе юмора: лёгкое прикосновение к уязвимому месту имитирует угрозу — но поскольку угрозы нет, возникает смех. Примечательно, что себя щекотать невозможно: мозг заранее знает, что «угроза» исходит от самого себя, и сигнал тревоги не запускается. Щекотка, по Рамачандрану, — это также социальная «игровая практика», репетиция смеха. Именно поэтому она приятна только от другого человека и только если между людьми есть доверие — щекотка от незнакомца или в неприятной ситуации вызывает не смех, а панику. Авторитарная власть всегда боялась смеха, юмора и иронии. Я бы сказа, что сам Страх боится смеха! Не у всех есть это ресурс, но те, кто им обладает неуязвимы. И да, этот пост сегодня вышел на моем Telegram-канале 😛