Сергей Кирш: лето продолжается. Впереди VK Fest в Москве, где у нас будет стенд. Продук... — 16 июля 2026 г. в 08:50:07.737
Сергей Кирш: лето продолжается. Впереди VK Fest в Москве, где у нас будет стенд. Продукцию для него было бы сложно произвести без Никиты Захарова, который сегодня герой рубрики #про_сотрудников. Начинал у нас студентом на полставки, а сейчас руководит отделом ВЭД. Мы вместе последние годы строили наши закупки и логистику из заграницы, частично даже закупая то, что не хотели бы предложить к закупке наши западные соседи) В общем, закупки, может, и кажутся где-то скучными, но не у нас (что в Гельтеке, что в России при работе с импортом). Далее слово Никите: Про выбор пути и силу советского кино Я работаю в департаменте материально-технических закупок Гельтека, мы обеспечиваем лабораторию и производство сырьём, упаковкой и оборудованием — в общем, всем, без чего невозможно выпускать косметику. Сопровождаем полный цикл закупок: от склада поставщика до нашего производства. В том числе закупали на производство реактор-двухтонник, о котором ещё расскажем отдельно, да и вообще практически всё оборудование. Учился я в Российской таможенной академии. Во многом поступить туда меня вдохновил фильм «Белое солнце пустыни». В детстве образ Павла Верещагина казался невероятным: эта суровая харизма, эта внутренняя сталь, приправленная иронией. Его знаменитая фраза «Я мзду не беру. Мне за державу обидно» запомнилась, наверное, каждому, кто посмотрел этот фильм. На практике путь оказался не самым простым. Я поступил в Академию, учился, хотя это было довольно-таки сложно: таможеннику нужны обширные знания, чтобы понимать специфику различных товаров, международной торговли, валютного контроля и многих других тонкостей... У меня получалось. Со второго курса мечтал работать в таможне: отстаивать экономические рубежи родины и носить красивую форму. Но когда на четвёртом курсе я впервые попал на настоящую практику — всё рухнуло. Вместо героической саги я увидел рутину и бумажки. В какой-то момент внутри что-то щёлкнуло, и я сказал себе: «Нет. Это не моё». И это осознание было тяжёлым, но честным. Учиться оставалось немного, и я решил поискать работу, так сказать, по другую сторону баррикад, в структуре внешнеэкономической деятельности. Так три года назад я оказался в Гельтеке. Мне очень повезло: компании как раз нужен был студент на полставки. Я пришел младшим специалистом, смог совмещать работу с написанием диплома и постепенно погрузился в профессию. Диплом, кстати, защитил на отлично, хотя в текущих условиях тема больше похожа на исторический артефакт. Я изучал, как государство следит за деньгами (таможенными платежами), когда иностранный инвестор ввозит товары, чтобы «вложить» их в российскую компанию — то есть хочет сделать эти товары частью уставного капитала фирмы. Вообще, конечно, поговорка «хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах» на удивление правдива. Я только пришёл, и тут обрушился санкционный шквал. SWIFT заблокировали, платежи за товар зависали на месяцы, поставщики боялись отгружать товары. А мне, студенту, пришлось на ходу перестраивать цепочки поставок. Я крутился, как уж на сковородке: переписывал контракты, искал новые схемы оплаты сырья и разбирался в экзотических схемах поставок через третьи страны. Это было страшно и хаотично — каждое утро я просыпался с мыслью «Что сегодня взорвется?». Но теперь, оглядываясь назад, я благодарен тем санкциям: они дали мне бесценный опыт, который не купишь и не вычитаешь в учебниках. За три года работы в Гельтеке я вырос сначала до специалиста, а потом и до руководителя отдела. ⬇️⬇️⬇️