Однажды Франция взбунтовалась. На улицы вывалило под миллион протестующих. Они крушили ...
Однажды Франция взбунтовалась. На улицы вывалило под миллион протестующих. Они крушили витрины магазинов, грабили местные лавки, снимали с манекенов дорогие брендовые вещи, напяливая прямо поверх одежды. Местные администрации городов брались штурмом. Протестующие требовали нормальной жизни, хороших зарплат, чистых и безопасных улиц, и при этом сами же переворачивали мусорные баки, буквально превращая города Франции в огромную помойку. Владельцы магазинчиков буквально умоляли протестующих остановиться и пощадить хотя бы их лавки, которые они содержат на последние деньги. Они выражали сочувствие толпе, но при этом просили войти в положение и не трогать их магазинчики. Чаще всего это заканчивалось смехом толпы, после чего рыдающих владельцев оттесняла толпа и принималась грабить, оставляя после себя пустые полки и разбитые витражи. Такие города как Марсель, Нант, Париж, Бордо и Тулуза из некогда симпатичных и милых городков превращались в одно сплошное гетто. "Чего вы хотите" - сквозь слёзы кричали пекари, кондитеры и владельцы небольших ресторанчиков. В ответ им заявляли: "Справедливости и лучшей жизни, разве не ясно...". "Так идите разбирайтесь во дворец (Елисейский). Мы такие же как и вы, обычные работяги, которые пашут по 10 часов каждый день, чтобы платить по счетам и кормить свои семьи". В ответ лишь гогот и спустя 10 минут пустые полки, на которых совсем недавно красовалась свежая хрустящая выпечка. Среди толпы обязательно появлялись персонажи, которые напяливали знаменитую шляпу Наполеона и грозились двинуться в резиденцию правителя Франции. Полыхали старинные колокольни, особняки, новенькие Пежо и Ситроены, а запах гари и жжёных покрышек забивал горло. Париж сам себя не узнавал. Города Франции рыдали от происходящего. Большая часть мира, которому Франция когда-то насолила, ликовала. Президент Франции дни напролёт смотрел новые оперы, наслаждался эстрадным концертом вместе с женой и делал важное лицо, заявляя, что эти беспорядки он просто так не оставит и все виновные будут наказаны. Спустя неделю двухсоттысячная толпа вошла в Париж и стремительно начала продвигаться в центр. Такой скорости взятия столицы Франции, пожалуй, не видели со времён русского Императора Александра, чья армия маршем пронеслась по взятому Парижу. Полиция ничего не могла сделать с протестующими, и президент Франции отдал команду остановить сопротивление и назначил переговоры в Елисейском дворце, куда пригласили восемь человек, представляющих протесты. Они долго говорили, беседа шла напряжённо. Французский лидер внимательно слушал требования и пытался смягчить их. Тем временем под окнами дворца уже стояли десятки тысяч крепких и разгорячённых людей, которые требовали отставки, дополнительных прав и свобод. Полиция едва сдерживала их натиск. Лучшие солдаты французской армии выглядели не как знаменитые французские полкИ, повидавшие самые суровые сражения, а как перепуганная толпа школьников. Президенту Франции ничего не оставалось, кроме как выполнить требования толпы и всем раздать гражданство. Сотни тысяч алжирцев получили французские паспорта и право завозить своих родственников во Францию. Практически безлимитно. А ещё им разрешили создавать разные профсоюзы и организации для отстаивания своих прав и свобод. Очень скоро бывшие протестующие начали занимать высокие посты в муниципалитетах, полиции, армии, судах и прочее. Все получили то, чего хотели. Президент Франции сохранил за собой кресло и возможность формирования элиты, а вместе с ней способность зарабатывать. Протестующие легализовались сами и легализовали миллионы своих соотечественников, которые во время протестов с интересом следили за происходящим по телевизору и радио, находясь в солнечной Африке. Скоро их родственники, которые крушили французские булочные в чёрных балахонах, займут хлебные должности и выведут их в свет.