деревянный порог, спичка — и дом вспыхнул как свечка. Последнее, что она слышала, прежд...
деревянный порог, спичка — и дом вспыхнул как свечка. Последнее, что она слышала, прежде чем раствориться в предрассветном лесу, — это крики тех, кто мнил себя «высшей расой». На рассвете Ефросинья вышла к советским позициям. Истекающую кровью, изможденную женщину доставили к военному коменданту. «Арестуйте меня, я — убийца», — сквозь слезы сказала она, сбрасывая кофту и показывая страшные рубцы на спине. Дело попало на стол к прокурору 5-й ударной армии Николаю Котляру. Ситуация была неоднозначной: с одной стороны — суровый запрет на самосуд, с другой — очевидная самооборона. Формально, когда она запирала дверь, ей уже ничего не угрожало, она могла просто уйти. Но прокурор проявил ту самую человечность, которой так не хватало на этой войне. «Она совершила это до прихода наших частей, спасая свою жизнь. Состава преступления нет», — постановил Котляр. Ефросинью отправили в госпиталь, а затем домой. Друзья, такие истории — это напоминание о том, что человеческий дух невозможно сломать окончательно. Трагедия миллионов «остарбайтеров» до сих пор остается одной из самых горьких страниц войны. Кто-то вернулся домой, кто-то остался в безымянных могилах на полях Польши и Германии, а кто-то, как Ефросинья, сам вершил свой суд. А что вы слышали от своих бабушек и дедушек о тех временах? Подписывайтесь чтобы не потерять Герои СССР