Многие до сих пор не в курсе, что Зоя Воскресенская была не только известной писательни...
Многие до сих пор не в курсе, что Зоя Воскресенская была не только известной писательницей, но и одной из самых удачливых советских разведчиц. Игорь Атаманенко, подполковник контрразведки КГБ СССР, писатель и историк спецслужб, повествует о том, как это произошло. Знакомство Атаманенка с Зоей Ивановной началось с выступления генерала КГБ Судоплатова на Новодевичьем кладбище, а продолжилось в Зале истории внешней разведки. В январе 1992 года Атаманенко и трое студентов из северокавказских республик были делегированы руководством Литинститута для участия в похоронах знаменитого детского писателя Зои Воскресенской. В сумерках они наткнулись на группу пожилых мужчин в генеральских шинелях, прижимавших к груди вишнёвые подушечки с орденами и медалями. Рядом стояла шеренга солдат почётного караула с карабинами наизготовку. Поначалу они решили, что перепутали могилу, но темпераментные товарищи-кавказцы тут же начали ругать Атаманенко. В этот момент раздался голос в мегафон: «Слово предоставляется генерал-лейтенанту КГБ Судоплатову Павлу Анатольевичу, боевому товарищу Зои Ивановны Воскресенской-Рыбкиной!» Известие о том, что кумир советских детей и родителей работала на ОГПУ, советскую внешнюю разведку, повергло тогдашний столичный бомонд, пришедший на панихиду, в шок. Этому отказывались верить. А между тем заслуги Воскресенской в разведке были ничуть не меньшими, чем в литературе. Когда Зое было 13 лет, её отец умер от туберкулёза. Вдова практически сразу после этого слегла с тяжёлой болезнью, и девочке в одиночку пришлось содержать и мать, и двух младших братьев. В 14 лет Зоя — библиотекарь войск ВЧК, в 17 — политрук в колонии малолетних преступников, в 19 — делопроизводитель в штабе частей особого назначения. Затем трудилась на заводе. А в 20 лет вышла замуж за комсомольского активиста В. Казутина, родила сына. Но отношения не заладились, через 8 лет она развелась с мужем и одна стала воспитывать сына. В 22 года Зоя становится штатной сотрудницей Иностранного отдела ОГПУ. Через месяц занятий на разведкурсах она говорила по-немецки не хуже коренной жительницы Берлина. Первая загранкомандировка была в Харбин. Никому из её сослуживцев в советском синдикате «Союзнефть» и в голову не могло прийти, чем на самом деле занимается красавица-делопроизводитель Зоенька. К слову, подробности той спецоперации засекречены до сих пор. В 1935 г. Воскресенскую, к тому времени уже опытную разведчицу, направили в Финляндию заместителем резидента. Официальное прикрытие — руководитель советского представительства «Интуриста», псевдоним — «Ирина». Через 3 месяца она уже настолько овладела языком, что финны принимали её за свою, но тут из Москвы прислали нового резидента, титулованного разведчика Бориса Рыбкина. Для непосвящённой публики — зав. консульским отделом Ярцев. Кодовое имя — «Кин». Между ним и Воскресенской началась междоусобная война. Рыбкин, пытаясь подчеркнуть своё превосходство, всё время придирался к своему очаровательному заместителю. Понятно, что до публичных скандалов дело не доходило, иначе каждый поимел бы в личном деле характеристику «конфликтная личность», а таких в разведку не берут. Как-то в очередной стычке «Кин» обмолвился, что считает своим кумиром немецкого военного разведчика Вальтера Николаи, после того как прочёл его книгу «Тайные силы». Воскресенская была в недоумении: чем таким вражеский шпион мог привлечь советского разведчика? Отыскала книжку в посольской библиотеке. И — вот так находка! — в одной главе речь шла о женщинах в разведке. «Шпионы в юбках работают более эффективно, чем их коллеги в брюках, — утверждал автор. — Они более наблюдательны, и у них лучше развита интуиция. Они придают большее значение мелочам, а уж об их способностях к иностранным языкам и склонности к лицедейству вообще ходят легенды. Женщины в состоянии обдумывать несколько проблем одновременно. Если же к перечисленным достоинствам добавить ещё и внешние данные, то... женщины — это