Доброе утро, дорогие подписчики канала Горловской епархии! С вами настоятель храма свят...
Доброе утро, дорогие подписчики канала Горловской епархии! С вами настоятель храма святого великомученика Димитрия Солунского в посёлке Мироновский священник Олег Черниченко. Сегодня я хочу остановиться на одном эпизоде из жизни пророка Илии, память которого мы сегодня празднуем. 18 глава 3 Книги Царств: гора Кармил, Илия в одиночку противостоит 450 жрецам Ваала. Он предлагает испытание: чей Бог ответит огнём с неба, тот и есть истинный Бог. Жрецы Ваала целый день взывают к своему Богу — небо молчит. Илия восстанавливает разрушенный жертвенник, трижды обливает жертву водой, чтобы никто не заподозрил обмана, и произносит короткую молитву. И огонь Господень нисходит с неба и опаляет всё: жертву, дрова, камни и даже воду. Народ падает ниц и восклицает: «Господь есть Бог!». Это вершина торжества веры. Казалось бы, пророк заслужил право почивать на лаврах. Но что же происходит? Буквально через несколько строк, в начале 19 главы, разгневанная царица Иезавель посылает сказать Илии, что к завтрашнему дню он будет мёртв. И великий пророк, только что сотворивший чудо, пугается, бежит в пустыню, садится под можжевеловым кустом и просит смерти: «Довольно, Господи, возьми мою душу!». Вдумайтесь в этот контраст. Человек, который минуту назад не дрогнул перед сотнями противников, теперь бежит от одной угрозы и хочет умереть. Что же произошло? Мне кажется, здесь Писание раскрывает нам очень важный закон: после предельного напряжения духовного, душевного, физического почти неизбежно наступает опустошение. Пик достижений часто сопровождается спадом. Это не грех и не малодушие в привычном смысле, это своеобразная плата за подвиг, за то, что человек долго держал себя на пределе сил, и даже пророк Божий не является исключением из этого закона человеческой природы. И вот что по-настоящему трогательно: посмотрите, как Господь поступает с Илиёй в эту минуту. Не упрекает, не напоминает о недавнем чуде. К спящему пророку приходит ангел и просто прикасается к нему: «Встань, ешь». Илия ест, пьёт и снова засыпает. Ангел приходит во второй раз, и снова: «Встань, ешь, ибо перед тобой дорога дальняя». И только после этого подкреплённый пищей Илия сорок дней идёт к горе Хорив, и там, уже в пещере, начинается настоящий разговор с Богом. Обратите внимание на порядок: сначала не слово, а хлеб, не наставление, а сон, не богословие, а забота о немощном теле. И только когда силы вернутся, приходит время говорить о главном. В этом большая пастырская мудрость, обращённая к нам. Мы часто, видя человека в унынии, спешим что-то объяснить, вразумить, подобрать правильные слова, а Господь поступает иначе: сначала даёт отдохнуть, а только потом говорит. Если рядом с нами человек, изнемогающий после испытания, может быть, и нам стоит для начала побыть рядом, молча дать ему прийти в себя, а потом уже говорить о смысле? То же самое можно сказать и о себе: если после большого труда душа вдруг опустела и хочется, как Илии, сесть под своим можжевельником, это не обязательно признак духовного падения. Возможно, это просто усталость, которая тоже требует милости: не осуждения, а простого отдыха и заботы, — а уже после будет тихий разговор с Богом, который, как мы знаем из продолжения этой истории, приходит не в буре и не в громе, а в дуновении тихого, лёгкого ветерка. Мира всем и хорошего воскресного дня!